Капкан для медведя

Умный, образованный, целеустремлённый и в свои двадцать шесть уже вовсю помогает отцу управлять семейным бизнесом.

– Только не говори, что вы устроили нам смотрины, – закрыв лицо руками, простонала я обречённо.

– Просто знакомство, – поправила мама и, встав, подошла вплотную. Поправила выбившуюся прядь волос мне за ухо и, натянуто улыбнувшись, заворковала: – Ты же у меня такая красавица и умница. Что тебе стоит поужинать с папой, мамой и их друзьями?

– И с сыном этих друзей, – проворчала я и, насупившись, выдохнула: – Кстати, а как он на это всё смотрит?

– Он не в курсе, – нехотя выдавила мама и, присев на мою кровать, попыталась меня успокоить: – Они просто приехали в Москву по вопросам расширения бизнеса, то есть Саша помогает отцу, и сегодняшний ужин воспринимает как дань уважения друзьям родителей.

– Отлично, – кивнула я. – Не придётся краснеть.

– Лена-а-а, – прицыкнула мама.

– Нет, постой, мам, – повысив голос, продолжила я свою мысль: – Давай договоримся. Я составлю вам компанию и даже поддержу разговор, буду вежливой, примерной и всё такое, но… Если Саша мне будет неприятен, я сделаю вид, что мне позвонила подруга и уйду.

– Ну не сразу же, – расстроенно охнула мама.

– Час, ровно час на весь этот спектакль, и я уйду, – строго дополнила я и, глянув на приготовленное мамой платье, уточнила: – Можно, я сама выберу наряд?

– Исключено, – безапелляционно выпалила мама и, изобразив умоляющий взгляд, попросила: – Позволь, мне сегодня поработать над твоим образом? Я же плохого не посоветую.

После этой фразы спорить с мамой было бы себе дороже.

– Мам, я сама накрашусь, – уворачиваясь от косметической кисточки, заворчала я и, глянув на настенные часы, намекнула: – А тебе не пора ли гостей встречать?

– Ой, и то верно, – всполошилась она и, направившись к двери, распорядилась: – Заканчивай и сразу же спускайся.

"Проводив маму взглядом, я протяжно вздохнула и, взяв из косметички блеск для губ, принялась завершать образ. Платье было несомненно красивым, но мне не нравилось, как оно подчёркивало мои бока и попу. От обтянутого плотной тканью жирка, создающего складки, отвлекало глубокое декольте, но первоначальное впечатление от этого не менялось.

«Пышка», – так называл меня папа.