Потом кто-то включает музыку и уже вовсю слышится смех. А я так и лежу, как живой труп. Слез нет, лишь бездонная чёрная дыра внутри.

Неожиданно в мою дверь раздаётся стук.

— Войдите, — говорю бесцветным голосом.

Ручка опускается, и в дверном проеме появляется Максим. Он одет в синие джинсовые шорты до колен и светлую футболку.

— Ты не спустишься? — Тихо спрашивает.

— Я там никого не знаю.

— Ты знаешь меня.

Я хмыкаю.

— А ты меня нет.

Он тяжело вздыхает, приваливается к дверному косяку и скрещивает на груди руки.

— Мне очень жаль, что это так. Но, может, я смогу узнать тебя заново? — И слегка разводит губы в грустной улыбке.

Я ничего не отвечаю и отворачиваю голову от него обратно к потолку. А он так и стоит в дверях и смотрит на меня немигающим взглядом.

— Кристина, пойдём. Пожалуйста, — снова говорит через какое-то время.

— Зачем?

— Затем, чтобы я больше с тобой общался и лучше тебя узнавал.

— Не думаю, что тебе это нужно.

Какое-то время он медлит с ответом, но потом все же говорит:

— Нужно.

Я беспомощно опускаю веки. Кажется, в горле уже стал образовываться ком.

— Кристина, я не отстану от тебя, пока ты не пойдёшь со мной.

Надо было нахрен уехать сегодня из дома с родителями. Они теперь стали работать и по субботам. Как я сразу не додумалась свалить отсюда? Рассчитывала отсидеться в своей комнате. Мазохистка.

— Хорошо, я сейчас спущусь. Дай мне 10 минут.

Максим разводит губы в довольной улыбке.

— Ровно через 10 минут я поднимусь за тобой снова, если ты не придёшь.

Он уходит, притворив дверь. Я встаю с кровати и выглядываю окно. Как хоть одеваться на эту вечеринку? Девушки все в шортах и в верхе купальника. Нет, я так ходить не готова. Не хочу светить татуировкой.

Снимаю с себя домашний сарафан, в котором я была, и надеваю короткие голубые шорты, чёрную футболку, закрывающую слово Hero на моем сердце, и обуваю белые кеды марки Converse. Расчесываю волосы, слегка подправляю легкий макияж, который сделала еще утром, и иду в сад.

Не успела я еще никого разглядеть, как откуда-то сбоку услышала до боли знакомый громкий голос:

— Вы только посмотрите, какие люди в нашем скромном Голливуде! Ну надо же, Кристина Морозова собственной персоной почтила нас, простых смертных, своим визитом!"

"Я резко оборачиваюсь на голос и буквально замираю. Передо мной стоит... Егор Кузнецов. Он повзрослел, лицо стало мужественнее, а взгляд дерзее. Одной рукой он держит стакан виски, а второй обнимает прильнувшую к нему голубоглазую блондинку с явно силиконовой грудью и надутыми губами.

Что он тут вообще делает???

На его крик в мой адрес обернулись все присутствующие, включая Максима, и сейчас с любопытством за нами наблюдают. Кажется, кто-то даже сделал музыку потише.