— Между ними с Тахировым что-то есть? — решаюсь задать вопрос, который мучил меня с самой первой встречи с Викой.
Было видно, что девушка тянется к Тахирову и в открытую с ним флиртует. Едва Ира открывает рот, чтобы ответить на мой вопрос, как её лицо странно вытягивается от ужаса, а я наконец слышу за своей спиной чьи-то шаги. Судя по тому как по коже проходится неприятный холодок, прямо за мной находится Рустам. Его тяжелые шаги становятся ближе, чётче. В ноздри проникает запах его парфюма с нотками табака.
Теперь он совсем близко, буквально вплотную со мной. Дышит надо мной, опаляя оголенную спину и плечи своим горячим дыханием. Сердце бьётся словно птичка в клетке от догадки, что он всё слышал. Слышал как я обсуждала его и Вику? Ещё подумает, что мне есть до этого какое-то дело. Я спросила из праздного любопытства, о чём сейчас сильно жалею.
— Если тебя интересуют вопросы обо мне — можешь не стесняться и спрашивать у меня лично, — слышу над ухом его хриплый баритон.
Язык прилипает к нёбу, а тело становится ватным, и чтобы не упасть, хватаюсь рукой за высокую спинку стоящего рядом стула.
— Ира, а Вы можете собирать свои вещи, — продолжает Тахиров. — С сегодняшнего дня Вы здесь больше не работаете.
— Я же ничего не успела ответить! — восклицает помощница и на её глаза тут же наворачиваются слёзы.
Рустам делает отступной шаг назад, я это чувствую по тому, как становится легче дышать без его плотного присутствия. Ирина плачет, крупные слёзы катятся с её глаз, и я ощущаю огромную вину за то, что подвела девушку.
— Вытри слёзы, я всё решу, — бросаю ей перед тем, как развернуться в сторону лестничного пролёта догоняя Рустама.
Он идёт по коридору неторопливо, будто знает, что я стану просить его об одолжении. Одна его рука находится в кармане брюк, другой он что-то щёлкает на телефоне.
— Подожди! — выкрикиваю ему в спину.
Тахиров поворачивается ко мне лицом и останавливается у лестничного пролёта. Чёрные глаза внимательно осматривают меня — проходятся по оголенным ногам и зоне декольте, которая в данном платье слишком глубокая. Я стойко выдерживаю его взгляд, от которого на коже выступают мурашки, и сделав глубокий вдох произношу:
— Ты не можешь с ней так поступить. Ирина… хороший работник. Это я виновата в том, что стала задавать ей вопросы, — опускаю глаза в пол и слушаю собственное громкое сердцебиение.
— Хорошо, что ты научилась признавать свои ошибки, Лера, — отвечает Рустам.
— Не увольняй её, пожалуйста, — мой голос звучит так жалобно, что мне от самой себя противно.
Но на кону даже не моя жизнь, а человека, которого я подставила своим неуемным любопытством.
— Мне не нужны работники, которые не умеют держать язык за зубами, — отчеканивает Тахиров.
