Но Ди здорово ошиблась: именно следующий день изменил ее жизнь навсегда…
Глава 37
— Миледи, вы уже собрались! — ахнула Жнеда, когда вошла в ее комнату следующим утром. А когда увидела на полу перед шкафом сваленные в груду нарядные платья и раскрытый чемодан, куда великолепно вместились несколько пар рубашек и брюк, то еще и охнула: — Ох… совсем собрались…
Диана в ответ только пожала плечами.
— Вроде того.
И закрутилась на месте, высматривая, что бы еще взять? Платья ей точно были без надобности, так что пусть тут и валяются, пока новый хозяин поместья не велит кому-нибудь навести здесь порядок.
Но чем дольше Ди смотрела, тем больше убеждалась, что ей, по сути, нечего взять с собой в новую жизнь. Плащ, оставшийся в шкафу на вешалке? Несколько пар сапог? Нижнее белье и ночные сорочки?
— И даже постель сами прибрали… — продолжила изумляться Жнеда.
— Учусь, — буркнула Диана.
К чему эти вопросы? Неужели не ясно, что происходит? Или она думает, что, получив Сливду, Себастиан будет так сказочно любезен, что оставит за своей кузиной господскую комнату в усадьбе и личную служанку?
Тут бы стоило поразмыслить, как на него надавить, чтобы он в принципе не выставил ее из поместья вон. Ди очень надеялась, что на первое время ему хватит морального удовлетворения, если она переедет во флигель для слуг и признает при всех, что они неровня. Однако, зная Себастиана, можно было ожидать самых неприятных сюрпризов, и сейчас Диана старалась об этом попросту не думать. Не думать, она сказала!
А потому, когда проснулась одна в смятой постели, первое, что сделала, это начала собирать вещи, чтобы занять чем-нибудь руки и голову.
— Госпожа, вы думаете, лорд Форст выгонит вас из дома? — в ужасе спросила Жнеда. — Но вы же… но вас же…
Ди как раз стояла, уперев руки в бока, спиной к служанке. Пришлось повернуться.
— Я бы выгнала, — сказала на полном серьезе. — Его — выгнала бы. Почему он должен поступить иначе?
— Потому что вы родственники? — несмело предположила Жнеда.
И Диана нервно усмехнулась. Точно, он же сам буквально на днях настаивал, что они родная кровь, а между родней не должно быть ссор и обид.
— Очень дальние, — ответила Ди.
Жнеда умудрилась нахмуриться и одновременно часто заморгать, а Диана снова усмехнулась и решительно подошла к прикроватной тумбе, ящики которой опустошить еще не успела."
"— Иди-ка сюда, — позвала свою бывшую камеристку, раскрыв на столе шкатулку с драгоценностями. — Держи. — Вытащила оттуда несколько колец и подвеску, положила рядом. — И это держи. — Достала уже из ящика стола сложенный вдвое заранее приготовленный листок.
Однако, вместо того чтобы все это взять, как было велено, Жнеда только испуганно поднесла ладошку к губам.
— Вы что, миледи? Я не могу.
