– Что ж вы, родители, с таким богатырями и не легли на сохранение? – попеняла им врач на скорой.

– Так завтра и должна была лечь. Еще две недели до родов было. Ай!

– Там, знаешь ли, свой календарь! – усмехнулась врач. – Сумку с приданым не забудь, папаша!

– С приданым? А, да! – вспомнил Саня информацию о том, что так обычно называют сумку с вещами для новорожденных, и, подхватив чемодан с детскими вещами, шагнул следом за врачами.

Богатыри, как их окрестила врач на скорой, появились на свет в обед, с интервалом в 10 минут.

Саня Сиплый присутствовал на родах, хоть Иришка и была против.

Сошлись на том, что он будет стоять у ее изголовья и ни в коем случае не смотреть туда, откуда появляются дети.

– Саша, позволь это тебе не показывать! Поверь, ТАМ нет ничего красивого в этот момент! Могу я, в конце концов, стесняться или нет? – убеждала Иришка мужа.

И он сдался. Уступил.

Впрочем, Саня всегда все делал по-своему, но в этот раз он решил уступить своей девочке-веточке.

Да, даже сейчас, с огромным животом, Иришка была для него той самой девочкой-веточкой, которая смогла полюбить его, вот такого странного и непростого.

– Мое странное счастье! – говорили они друг другу, оставаясь наедине.

И другого счастья не хотели оба.

Свой День рождения Саня Сиплый отмечал лишь через месяц, когда они с Иришкой решили, что можно уже показывать близнецов ближнему кругу. Впрочем, всех остальных это не касалось, и не будет касаться никогда."