И я отодрала свою голую задницу с чужого рабочего стола и стекла на пол, обводя взглядом кабинет в поисках своей одежды, которую кто-то в порыве страсти закинул бог знает куда.

Трусики нашлись на столе, висящими на настольной лампе. Кружевной верх валялся в соседнем кресле. А платье лужицей расстелилось прямо на полу.

И пока я по всему кабинету собирала свои пожитки, кто-то с самодовольной сытой мордой рывком подтянул спущенные до щиколоток брюки вместе с бельем, неспешно защелкнул ремень и принялся за свою рубашку.

Когда последняя пуговица влетела в петлю, закрывая наглухо чужое горло и нагло отрезая меня от такого интересного занятия по любованию чужим мускулистым телом, я поняла, что все…

Вольности окончены, пора возвращаться к работе.

И мой недавний любовник не разочаровал моих ожиданий.

С ленивой грацией хищника он поднял с пола папку с бумагами (которую, стоит отметить, сам же туда и отшвырнул в порыве страсти). Затем уселся за свой рабочий стол с таким невозмутимым видом, словно и не творил на этом самом столе всяких-разных непотребств несколько минут назад, и произнес будничным тоном:

— Отнеси документы сэйру Бозарту. Потом зайди в архив. И не забудь до конца дня предоставить мне отчет за последний месяц.

— Да, сэйр Варнадо, — привычно отозвалась я.

Затем подцепила со стола зеленую папку, дождалась привычного «Можешь быть свободна» и отправилась выполнять поручения.

Когда за мной закрылась дверь чужого кабинета, усмешка тронула губы. Сложно было не почувствовать взгляд, сверлящий мою спину… Ну и все, что пониже спины тоже.

Глава 6

Сэйр Тобиас Варнадо всю последнюю неделю находился в смятении. Хоть для простых обывателей его душевные терзания были и незаметны, но глава магического правопорядка все же чувствовал себя не в своей тарелке.

И виной его душевным мукам стала неприглядная на первый взгляд, но очень соблазнительная при более близком рассмотрении, одна личная помощница.

Нет, теплых чувств к девушке благородный сэйр не питал. Казалось, он вообще не был способен на человеческие чувства.

Дело было совершенно в другом. Сэйр Тобиас Варнадо впервые за свои долгие тридцать восемь лет жизни начинал утрачивать контроль. Над происходящим, над своими мыслями и желаниями. И это ему совершенно не нравилось."

"И не было бы никакой проблемы в том, что вместо лишнего часа просиживания за отчетами он желает провести время более приятно в компании одной небезызвестной особы. Если бы не одно но.

Но это было и представляло собой огромную проблему. Потому как именно сейчас его работа приобретала новый смысл, а поручения, переданные представителями правительства, играли особую важность.

И в ближайшее время он должен сосредоточить все свое внимание на делах.