Но почему он молчит? Не объясняет ничего? Не обвиняет? Я бы поняла, если бы сэйр Варнадо на меня разозлился и попытался немедленно прикончить. А он, похоже, собрался заняться со мной сексом.

Решил развлечься напоследок? Глупо осуждать его за подобное желание. Да и, откровенно говоря, лучше пусть будет так. И лучше пусть мои последние минуты будут заполнены удовольствием, чем душащим чувством страха.

Сильные мужские ладони тем временем сжали мои ягодицы, огладили их, вызывая во мне новую поднимающуюся волну сладкой дрожи от ощущения шершавых ладоней на гладкой коже. А после ухватились за мое белье и потянули его вниз, уверенно, властно. Оставляя меня полностью оголенной перед его напором.

Меня затрясло от предвкушения с новой силой, когда холодный воздух прикоснулся к моим нежным лепесткам, горящим, ждущим внимания. И от контрастности этих ощущений я захотела свести ноги, чтобы желание не было таким обжигающим, таким сильным.

Сэйр Варнадо сделать мне этого не позволил. Он вновь схватил меня за бедра, фиксируя в одном положении и не давая двигаться. Затем потянул мои связанные за спиной руки на себя, заставляя меня приподняться, и ловко принялся одной свободной рукой расстегивать пуговицы на моей блузки.

Перламутровые предатели радостно сдавались под натиском врага, разбегаясь в разные стороны. И уже через минуту мой черный кружевной лиф стал достоянием общественности. Но и он послушно съехал вниз, стоило только министру правопорядка этого пожелать.

Широкая ладонь обаятельного мерзавца легла на мою оголенную грудь, сжала ее властным движением, и из моего рта непроизвольно вырвался громкий стон, который я поспешила заглушить.

Но как будто бы мне кто-то позволил владеть ситуацией…

Новое движение шершавой ладони выбило из меня очередной стон. А затем еще раз и еще. Его пальцы сжимали и выкручивали соски, заставляя меня выгибаться все сильнее и все крепче прижиматься к мужскому телу, стоящему позади.

Но, похоже, и подобное проявление вольностей сэйру Тобиасу Варнадо было неугодно. Потому что мою грудь моментально оставили в покое, меня вновь прижали к дубовому столу. А шаловливые пальцы министра правопорядка наметили новую цель и огладили меня между ног.

И в тот момент, когда министр правопорядка прикоснулся к моим влажным складкам, я поняла, что только этого и дожидалась. Пришлось закусить губу почти до крови, чтобы из груди не вырвалось ни звука. И я тихо млела от уверенных, мягких движений, чувствуя неминуемое приближение оргазма.

Это настоящие безумие, но такого возбуждения я не испытывала еще никогда. И никогда не могла подумать, что буду наслаждаться грубыми ласками при подобных обстоятельствах. Но я наслаждалась, и совершенно не испытывала никакого стыда по этому поводу.