На базу я укатил после того, как очухался. Бойцов тренировал, на них гнев вымещал.
Глава 30
Открываю дверь мастерской и замираю в тихом ужасе. Как я могла забыть об этом хаосе? В голове вспыхивают обрывки воспоминаний о последнем дне здесь… с Буйным. Мы же тогда буквально перевернули всё вверх дном. Господи, и прямо на картине! Щёки тут же начинают гореть. Я оглядываю разбросанные кисти, холст на полу, размазанные краски, и сердце начинает биться быстрее. У меня совсем из головы выпало. Я забыла! Столько всего произошло. Столько событий. Эмоций.
Чёрт! Дети! Как только я вспоминаю, что приехала сюда не одна, дети как по щелчку пальцев рядом оказываются. Хотя до этого спорили кому достанется две конфеты, а кому одна. Катя пыталась хитрить и взять всё авторитетом. Мол, она больше и ей конфет больше. Но Мир тоже не промах, настаивал, что ему вырасти нужно, потому и конфет больше ему.
Катюша оглядывается вокруг, в её глазах замечаю много вопросов. Здесь беспорядок такой, что сложно не заметить.
— Злат, а что здесь произошло? — Её голос полон наивного любопытства, она даже не подозревает, что здесь творилось. И про Эмира она не знает. И про то, что картина на полу для заказчика должна быть. Но теперь, конечно же, я её никому не отдам. Это, можно сказать, интимная картина. Личная. Моя. И детям на неё смотреть тоже не стоит. Хочу ладонью по лбу ударить, но сдерживаюсь.
Улыбаюсь Кате.
— Это… творческий процесс, милая, — делаю вид, что всё под контролем. У меня так каждая картина рисуется. Ага, как же. — Иногда, когда вдохновение накрывает, немного… хаос происходит.
Катюша прищуривается, не до конца верит, но кивает. Я же выдыхаю незаметно. Ну хоть вопросов больше нет. И на этом спасибо.
— Послушай, возьми Мира и пойдите в приёмную. Там на диване лежат карандаши, порисуйте немного, пока я здесь уберу, хорошо? — Выдыхаю, надеясь, что она больше ничего не спросит.
— А можно мне две конфеты? — Катюша пытается хитрить. С Миром не договорилась, через меня пытается.
— Разделите вторую конфету пополам. И тогда никому не будет обидно.
Катюша вздыхает. Она явно ожидала другой результат. Берёт Мира за руку, и они выходят из мастерской. Слышу одним ухом, что Катя предлагает ему поделиться. Мир сначала не очень хочет, но после соглашается.
Закусив губу, я подхожу к картине, аккуратно поднимаю её. Смешанные мазки краски напоминают о том, что происходило. Мой шедевр, моя работа, теперь это самая интимная вещь, которая у меня есть. Я провожу пальцами по холсту, внутри всё переворачивается. Наша с Эмиром картина. Стоит ли забирать это домой? Или лучше оставить здесь? Нужно показать Эмиру, уверена, что он оценит. Например, вот этот отпечаток. Здесь явно прорисовываются его ягодицы. Или это лопатки?
* * *Домой мы возвращаемся под вечер.
