Я очень волнуюсь перед нашей встречей. Держусь до момента, как узнаю время и место. А потом… Голова кругом и дрожь во всём теле. Сознание выключается. Не помню ни как собираюсь, ни как у ресторана нужного оказываюсь. Только слышу стук каблуков об асфальт. Я рассыпаюсь внутри от волнения, а шагаю ровно. Не показываю своего состояния.
Сбиваюсь с такта на мгновение, когда вижу Эмира. И сердце тут же плясать начинает. Кувырок делает. От груди до пяток и обратно. Болезненной пульсацией по всему телу отдаёт. Ресторан пуст. Эмир сидит за столиком в центре. И с меня взгляда не сводит.
— У меня мало времени, — заявляю я, усаживаясь напротив. Храбрюсь. — Всё быстро обсудим, и я пойду.
— Не пойдёшь, — отрезает мужчина. — Мы будем говорить столько времени, сколько я захочу.
— Иначе?
— Иначе последствия тебе не понравятся.
Жалко. Что вилок и ножей на столе нет очень жалко! Потому что я бы сейчас ему вилку в руку воткнула. Потому что он не имеет права таким тоном со мной говорить. И приказывать права не имеет!
Вот только Буйному это всё до лампочки. Он, как всегда, живёт в своём мире, в котором только его правила и законы существуют.
— Тебе тоже, — в глаза его с вызовом смотрю, — ты так решил разговор строить?
— Кукла… — Скалится, зубы стискивает, не нравится ему. Мне тоже много что не нравится. Но той девочки, которая ловила каждое его слово, уже нет. И так просто меня не запугать.
— У меня имя есть, Эмир, и оно мне очень сильно нравится. А ещё мне нравится, когда мне не угрожают.
— Не доводи, и мне не придётся угрожать. — В ответ рявкает. Я же прищуриваюсь.
— Не доводить? Серьёзно? Это мне покойничек, восставший из гроба, говорит?!
— Не сильно, вижу, скучала.
— Если мы об этом поговорить собрались, то я пойду, у меня дел много. — Хочу со стула встать, как его громилы, которые под стеной стоят, вперёд рыпаются.
Буйный руку поднимает, чтобы назад отступили.
— Серьёзно? — В него взглядом стреляю, — будешь меня силой удерживать?
— Это всего лишь призыв к разговору.
— Ну так говори, что тебе нужно?! — Шиплю.
— Я хочу видеться с сыном.
— Проехали, что ещё обсудим?
Вперёд подаётся, а меня кроет от того, насколько он близко оказывается. Его запах в ноздри вбивается, голову кружит. Я почти готова поверить, что кукухой поехала. До сих пор не верю. Рассматриваю его вблизи. По шраму взглядом скольжу. В глаза его всматриваюсь. В них ещё больше тьмы появилось.
— Здесь мы остановку сделаем, Зла-та, потому что я сына видеть хочу. Право имею. И кому как не тебе знать, что если я хочу, то получу.
Сука. Где там моя вилка?!
— Проголодалась, стейк хочу, с кровью, — губы в улыбке растягиваю, — и нож, желательно острый.
— На мокруху с поджогов перешла? — Эмир краешками губ улыбается, глаза моментально вспыхивают.
