– Нужно срочно выдать ее замуж, – сказала Элоиза, обращаясь к матери.
– Вначале тебя, – произнесла Гиацинта.
– Я работаю над этим, – загадочно отозвалась Элоиза.
– Что? – Слово вырвалось из трех ртов одновременно и прозвучало довольно громко.
– Это все, что я собиралась сказать на эту тему, – заявила Элоиза таким тоном, что никто не усомнился в ее непреклонности.
– Я все равно докопаюсь, в чем тут дело, – заверила Гиацинта своих спутниц.
– Не сомневаюсь, – ответила ее мать.
Элоиза повернулась к окну.
– Приехали, – объявила она.
Дамы подождали, пока кучер откроет дверцу, а затем выбрались наружу одна за другой.
– Боже, – одобрительно произнесла Вайолет, – на этот раз Дафна превзошла себя.
Они помедлили, восхищенные открывшимся видом. Гастингс-Хаус сиял огнями. В каждом окне пылали свечи, а на улице горели фонари, украшавшие фасад здания. На парадных ступеньках толпились лакеи, встречавшие гостей.
– Жаль, что леди Уистлдаун здесь нет, – заметила Гиацинта с искренним сожалением в голосе. – Ей бы это понравилось.
– А может, она там, – возразила Элоиза. – Собственно, я почти уверена, что она там.
– Дафна пригласила Крессиду Тумбли? – спросила Вайолет.
– Наверняка, – отозвалась Элоиза. – Но я не считаю, что она леди Уистлдаун.
– Думаю, больше никто так не считает, – сказала Вайолет, поставив ногу на первую ступеньку. – Пойдемте, девушки, нас ждет удивительный вечер.
Гиацинта шагнула вслед за матерью, а Элоиза двинулась вместе с Пенелопой.
– Что-то необычное в воздухе, какая-то магия, – заметила Элоиза, озираясь по сторонам, словно никогда не была на лондонском балу. – Чувствуешь?
Пенелопа только взглянула на нее, опасаясь, что если откроет рот, то выболтает все свои секреты.
– Как будто наступил решающий миг, – размышляла вслух Элоиза, – и жизнь может полностью измениться. За одну ночь.
– Ты о чем? – спросила Пенелопа, встревоженная выражением глаз подруги.
– Ни о чем, – ответила Элоиза, пожав плечами. Но на ее губах мелькнула загадочная улыбка, когда она взяла Пенелопу под руку. – Пойдем, бал начинается.
Глава 23
Пенелопа бывала в Гастингс-Хаусе множество раз как с частными визитами, так и на официальных приемах, но никогда еще это великолепное здание не выглядело более очаровательным, даже сказочным, как в этот вечер.
Они прибыли в числе первых. Леди Бриджертон всегда считала непростительной невежливостью со стороны членов семьи являться с опозданием, следуя модной привычке. Впрочем, ранний приезд позволял рассмотреть праздничное убранство, не проталкиваясь сквозь толпу, и Пенелопа воспользовалась этим преимуществом.
