Я кончаю так ярко, что всё тело дрожит. Это долго, это сильно. Мне так сладко! До ярких вспышек перед глазам, то бешеного сердцебиения. До долгожданного покоя и полного удовлетворения, когда, наконец, стихают спазмы.

Денис забирает руку, прижимается к моим губами своими. Теперь осторожно, словно внимательный любовник в ожидании похвалы. Толкается языком и замирает. Я нежно и с благодарностью его облизываю и посасываю. Он поглаживает меня по бедру. Одобрительно.

Эта минута кажется мне такой пронзительной, что я крепко зажмуриваюсь. А потом понимаю, что…

Сосу у него, и ему это нравится. Пока только язык.

Распахиваю глаза от этой мысли. Наверное, мне тоже нужно… Ему помочь рукой. Тянусь к его паху, но он как-то ловко не позволяет, обнимает меня и прижимает к себе. Я вижу, как сильно топорщатся его джинсы.

— Мы продолжим? — спрашивает он.

— Давай я тоже помогу тебе.

— Неа. Я хочу тебя, — отсекает.

— Это буду я, — я тянусь к его ширинке, но он перехватывает мою руку, сжимает запястье. — Тебе будет приятно.

— Не сомневаюсь. Поедем ко мне? Я хочу тебя голенькую под собой.

У меня дыхание рвется от этих слов.

— Нет, я… Я понимаю, как странно выгляжу сейчас. Ты, наверное, разозлишься. Но я не поеду.

— Нормально ты выглядишь, — выдыхает он. Грудь часто вздымается, он будто запыхался. — Я снова спешу. Телефон оставишь?

Я слегка улыбаюсь в ответ на эту внезапную просьбу.

— У меня от тебя голову срывает, Ксюш. Я же хотел сегодня просто поболтать, познакомиться. О себе рассказать что-нибудь нормальное. И снова в трусы полез.

— Жалеешь?

— Шутишь? — отвечает поспешно. Берет мою руку, подносит к лицу и целует костяшки пальцев. — Это адаптация затянулась.

— После разведки?

— Для меня намного важнее: жалеешь ли ты?

Я мешкаю. Хороший вопрос.

— У меня самой мысли путаются. Я сейчас… не совсем в адекватном состоянии. Причину озвучила раньше.

— Ксюш, ты не делай выводы обо мне из того, что я так тороплю события. Я могу ждать. Просто общаться, узнавать друг друга. Я всего этого хочу.

— Слушай… — я отвожу глаза в сторону. — Дело не в тебе, честно…

— О, начинается, — он тут же грубо перебивает меня и… зажимает ладонью мой рот. Отчего-то это так смешно, что я улыбаюсь. А еще чувствую свой запах на его пальцах. Пикантно. — Эту песню я слушать не хочу. «Дело не в тебе, ты классный, но…», а дальше какая-нибудь глупая херня, ни о чем мне не говорящая.

— Эй! — освобождаюсь я, возмущаясь от всей души: — Я не собиралась говорить, что ты классный!

В ответ он смеется. Искренне. Я тоже борюсь с улыбкой.

— Даже в мыслях не было, — качаю головой.

— Хочу тебя пздц как. Еще и еще, — говорит он вдруг серьезно. Берет мою ладонь и кладет на свой пах, сжимает член с такой силой, что мне кажется, что ему больно.