— Я использую свои наработанные годами связи, сама фирму открою! Благо финансы позволяют!

— Даже так? — спрашивает, слегка вскинув бровь, будто сам проверяет степень моего отчаяния.

— Именно так. У меня есть трастовый фонд. Я могу позволить себе бизнес! Стартовый капитал, что называется, более чем внушительный.

Улыбаюсь еще шире, если бы моя помада имела скрытые ингредиенты по типу яда, как у некоторых племен, я бы смачно обслюнявила дротик и пульнула бы Игнату прямо в грудную клетку, наблюдая за его судорогами.

— Трастовый фонд, значит. - вновь выговаривает, чуть растягивая слова, и от этой интонации мне становится плохо, потому что Игнат не выглядит взбешенным или же шокированным.

Он стена. Беспроглядная и беспросветная. Надежная и твердая. И это сильно напрягает. Бывший муж будто заранее готов ко всему, и сейчас я жажду увидеть в его глазах смятение или же шок из-за своих слов, злость.

Но… там пусто. штиль.. который настолько меня провоцирует, что я не унимаюсь и говорю со всей отчаянной верой:

— Так что ты можешь забирать эту компанию, вернее, эти стены себе! И подавиться ими! А Я.

начну новый бизнес!

Резко встаю. Пора уходить. Внутри горю желанием утереть Юсупову нос. В принципе есть трастовый фонд — значит, имеется первоначальный капитал. Есть личные контакты, наработанные годами, и имеются сотрудники, которые пойдут за мной. А Юсупов… Пусть подавится этими стенами!

Разворачиваюсь на каблуках и хочу покинуть этот чертов кабинет, не прощаясь, но в спину мне летит надменный голос:

— Хороший план. Только есть несколько “но”. Основное из которых…

Пауза и хлесткое:

— У тебя нет доступа к трастовому фонду.

Чуть не спотыкаюсь на своих высоченных шпильках. Замираю и оборачиваюсь, Медленно. Как в замедленной пленке. Мне кажется, что я воздух вижу: кристаллы, которые рядом со мной, вспыхивают в ту самую секунду, когда я смотрю на Юсупова.

— Что… что ты такое говоришь? - голос дрожать начинает.

Игнат же совершенно равнодушно рассматривает меня. Сильная акула, привыкшая бороздить океан больших денег.

— Трастовый фонд был оформлен на имя Беляевой Юлии Михайловны, — спокойно выговаривает мой бывший муж и вальяжно поднимается из кресла, обходит стол и медленно приближается ко мне.

Игнат останавливается, заслоняя своими огромными плечами весь мир, и выговаривает все также равнодушно.

— Ты не учла один важный фактор, дорогая моя. Документы. У тебя — а именно у некой"

"Моргуновой Юлии Константиновны - доступа к финансовым операциям трастового фонда нет.

Каждое его слово - выстрел в упор. Сглатываю ком и чувствую, как у меня ноги подкашиваются.

— Хочешь сказать.