Ты должна знать, на что подписываешься, если готова провести со мной остаток своей жизни. Я хочу передать все дела своим заместителям, а основную фирму по солнечным батареям должен продать, как можно скорее. Я по-прежнему буду получать проценты, просто возможно, не буду больше возвращаться в Москву так часто, как последние годы. Меня здесь ничего не держит. Я всегда хотел быть ближе к природе и львам, но продолжал тянуть лямку, которая мне давно надоела. Адам, как ты знаешь, уехал в Европу и, судя по всему, тоже не скоро вернется… Не отвечай сейчас. Я знаю, что ты готова броситься за мной, но я также знаю, что тебе нужно учиться.
Она молчит, только смотрит на меня расширенными глазами.
— Я люблю тебя. И стану счастливым мужчиной на свете, если ты согласишься выйти за меня.
***
Мы приезжаем на прием в особняк на территории Барвихи почти вовремя.
Ее удивление понятно — каждый гость здесь известен, если и не на весь мир, то на всю страну точно. И только я умудрился приехать к тому, кто о себе еще только пытается заявить в России. Среди всех известных меценатов, которые пришли на прием, я выбрал того, чей путь максимально похож на мой собственный. И мне кажется, это самый правильный выбор, какой я мог сделать.
Тимур сам выходит мне навстречу.
До этого я его еще ни разу не видел, но сразу узнаю по легкой хромоте. Это никак не портит молодого человека. Ему всего двадцать восемь, но он уже хорошо знает, каково это потерять все в одночасье. Он был футболистом в одном из английских клубов, ему пророчили отличную карьеру, но серьезная травма колена перечеркнула все достижения.
И судя по хромоте, шансов снова начать играть у Тимура нет.
Я знакомлю его с Сашей, и вижу, что он ни капли не удивляется возрасту моей спутницы.
Саша, слава богу, всего этого не замечает.
— Можно я пойду к сцене, послушаю группу? — с восторгом оглядывается она. — Ты ведь даже не знаешь, кто это, да?
— Понятия не имею, — улыбаюсь ей в ответ. — Сходи, мы как раз переговорим и закончим с делами.









