И там заставлю его побегать за Марошей, в которую он безумно влюбится, а гордая драконица знать не пожелает какого-то там «драного кошака». Да-да, у них все не так было, половинок всегда влечёт друг к другу с непреодолимой силой, но в своих книгах я — царь и бог, творю и вытворяю, что душенька пожелает. И Фил ещё узнает, каково это — дразнить автора. Как говаривал Кевин еще в моем детстве: «Лили обидеть может каждый, не каждый может убежать». Жди, Φил, расплата близка!

Да, как это ни удивительно, но я теперь известный писатель, хотя получилось это совершенно случайно.

Никогда не замечала за собой тягу к писательству, эссе в школе давались мне с трудом — ну, не умею я писать на заданную тему. И мне никогда даже в голову не приходило попытаться что-то наваять, как делали многие вокруг.

Но однажды, в очередной раз пересказав кому-то из родственников свои приключения в другом мире, и в который раз ответив на множество вопросов и уточнений, я психанула и засела на неделю за планшет, решив тщательно записать туда всё, что со мной случилось с того момента, как меня затянуло в другой мир, и до той минуты, как меня отыскали родственники.

Писала подробно, многие диалоги передала дословно, благо, запись на браслете очень выручила. Конечно, личное осталось личным, в нашу с Риком спальню я никого не пустила, но вот всё остальное расписала так, чтобы разом ответить на все возможные и невозможные вопросы, после чего просто пересылала файл всем желающим узнать о моих приключениях — наслаждайтесь!

И когда эта история попала в руки к моему дяде Синклеру, владельцу известного книжного издательства, он неожиданно предложил мне опубликовать её, чем весьма меня удивил, но согласие, конечно, получил, мне не жалко.

Читателям, к еще большему моему удивлению, книга понравилась, она разошлась большим тиражом, как в электронном виде, так и в бумаге — а это сейчас редкость, хотя коллекционеров всё же хватает, — и я решила попробовать написать что-то еще — в моей невероятной семье историй на сотню томов фэнтези хватит.

Книги пошли на «ура», причём в обоих мирах, и Габриель Линдон стала на Земле довольно известной писательницей, хотя и очень таинственной личностью, которую никто никогда не видел, равно как и в Империи — там мои книги выпускались под авторством Лили Форест.

Первое время меня очень смущало это восхищение, ведь по сути, я ничего не выдумывала, но дядя Синклер пояснил, что не столь важно, что рассказываешь, важно — как. А у меня очень даже неплохо получается, вот бы никогда подумала!

А вот дядю Синклера это не удивило ни чуточки. Он так и сказал: «Вся в маму, такая же талантливая».