То, что именно он организовал травлю в школе, стало для меня неприятным сюрпризом. Ведь после этого Руслан смел нести чушь о каких-то чувствах ко мне! Предлагал быть его девушкой, говорил, что я ему нужна. Кто-то, наверное, скажет, что все просто – его ненависть стала любовью. Но я возражу. В его случае это была не ненависть, а психологическая травма, нанесенная отцом. Во мне он искал не любовь, а спасение от той боли, что преследовала его. Несмотря ни на что, надеюсь, что он найдет достойную девушку. И не станет вести себя по таком же сценарию, как и отец, а разорвет его.

Что касается Игоря, то с ним я виделась еще несколько раз, но мельком и не по своей воле. Он проходил, как соучастник по делу о хищении людей. И тоже получил срок, правда, условный. В здании суда даже попытался поговорить со мной, объяснить что-то, рассказывал про отца, кредиты, деньги, но я оттолкнула его и ушла.

Забавно, но самого Захара, главного злодея, мы с Димой так и не встретили, хотя и не рвались увидеть его. Он стоял слишком высоко – на уровне Крета, встреча с которым стала для нас счастливой случайностью.

Глава 72. Ты не один

Я и Дилара бродили по знакомым улицам.

Сегодня Дима, Леха и Вал, который едва не сошел с ума от радости, увидев друга, поехали в какой-то бар вспоминать школьные деньги. А мы с Диларой пошли гулять. Нам давно не удавалось поболтать наедине, и сейчас мы наверстывали упущенное. Пили капучино с корицей, слушали BTS и обсуждали парней, как в старые добрые времена. Как будто бы мы все еще были теми самыми беззаботными школьницами, из которых давно выросли. И как будто бы ничего не произошло, а весть и гибели Димы и три одиноких года были сном. Ведь даже песни в наушниках, которые мы делили на двоих, были те же самыми, что и три года назад!

Ноги сами собой привели нас на школьный двор.

И мы решили, как раньше, сделать пару кругов вокруг огромного серо-белого здания. Школа номер сто пять все так же считалось одной из лучших в городе, а ее директором до сих пор значился Дамблдор. И попасть в нее стало делом совсем нелегким.

Подруга взахлеб пересказывала мне новости о будущем альбоме нашей любимой группы, когда я вдруг заметила странную картину. Три девчонки в школьной форме, которая все так же оставалась темно-синей, окружили четвертую.

И, что-то ей сказав, повели прочь со двора к зданию школы. К хорошо знакомому мне месту, закрытому от посторонних взглядов рядом высоких кустарников.

Малиновская и ее свора утащили меня туда, чтобы избить. Мои плечи передернуло, когда я вспомнила, как они уронили меня на землю, как били, как во рту появился вкус крови. Но вместо страха в душе теперь был гнев.

- Постой-ка, - сказала я Диларе и вручила ей свой кофе. – Надо кое-что проверить.

- Что? – не поняла подруга.