– Да, – отрывисто ответил мужчина в сером костюме.
Увидев его лицо, я чуть не упала под стол. В комнате стоял мой ближайший друг Володя Костин.
– Володечка, – робко сказала я.
– Дома побеседуем, Лампа, – сердито бросил майор и велел: – Давайте, господа душегубы, выходите по одному.
Валерию и Бориса Львовича увели. Зюка ушла на второй этаж и, очевидно, рухнула с мигренью в кровать, Ириша, радостно напевая, убежала. Куда делись Андрей Корчагин и Дубовский, я не заметила. Мы с Родионом остались одни. Громов преспокойно налил себе рюмку коньяка.
– Ну и зачем вам понадобилось нанимать меня? – сердито поинтересовалась я.
– Эффект палки, – рассмеялся Родион.
– Что?
– Ну, когда засовывают в змеиную нору кол и поворачивают там его пару раз, гады быстро расползаются в разные стороны. Ты со своим бешеным энтузиазмом и умением делать фантастические глупости достойно выполнила роль такой палки, – без тени улыбки пояснил Гвоздь.
Я не нашлась, что возразить, и только спросила:
– Володю ты откуда знаешь?
Громов аккуратно надкусил яблоко безукоризненно белыми зубами.
– Встречались. Не все же в МВД такие суки, как Дубовский, попадаются и настоящие парни.
– А где же дневник Жанны?
– Думаю, его на самом деле не существует, – задумчиво ответил Гвоздь, садясь за стол. – Никита придумал про записи, чтобы посильней напугать Валерию и содрать с нее побольше «капусты».
– Значит, они искали то, чего нет?"
"– Выходит, так. Кстати, роман с Дубовским длился у Жанны достаточно долго, и, надо сказать, он ей доверял.
– Ты сам не лучше, – пустилась в атаку я, – позвал в комнату палача, да еще в жутком кровавом фартуке!
Родион захохотал так, что зазвенели рюмки.
– Ой, Лампа, с ума сойти! Спасибо кинематографистам, воспитали в наших людях твердую уверенность – у крутых бизнесменов обязательно есть «вешатель и душитель».
