Встал он раньше и меня разбудил звуками душа. Нам скоро выдвигаться в путь.
Возможно, он обнял меня сонный. Спутал с какой-то женщиной, с которой проводил ночи. Выпал из реальности.
Так что я не буду ни о чём напоминать.
Гости завтракают и подтягиваются к парковке. Сейчас загрузимся в комфортабельные минивэны, и дальше компания разделится. Часть поедет в аэропорт в Иркутск. Часть на этих же автомобилях до Красноярска. Что кому по вкусу, так сказать.
Мы оба с Гордеем ехали сюда на авто. На разных. Теперь поедем вместе.
С нами Толмачев. Илья из Иркутска сразу полетит в Питер, Головины в Красноярск. Егор любит перемещаться на самолете, если это возможно.
А вот моя мама и Тамара наоборот не любят летать. Есть в них что-то общее. Ну, кроме склонности к сватовству.
Хочу сказать маме пару слов перед дорогой. В то же время не особо хочу сталкиваться с бывшей женой Бронникова. А они как назло неразлучны!
Поглядываю в их сторону и… Кое-что играет в мою пользу. Вернее, кое-кто.
На горизонте появляется рыжий парень.
- Лариса!
Сначала не придаю значения. Мало ли, кого-то из других гостей зовут.
Однако полненький незнакомец в оранжевой футболке идет прямо в сторону мамы и Томы.
- Сбежать от меня хотела? - игриво.
Парень не спортивный, но здоровенький и обаятельный на вид. Рыжие жесткие волосы - челка стоит почти вертикально, большие серо-зеленые глазищи. Выделяется из толпы.
Обращается он…. к Тамаре!
Имена спутал, но идет напрямую к ней. Та моментально начинает нервничать.
- Где Бронников?! Где наш автомобиль!"
"Хотя нам только что сказали, что оставшиеся два минивэна подъедут через десять минут.
- Ларисочка….
- Я Тамара, идиот!
Он точно не просто обознался. Бывшая Бронникова как на иголках. Озирается по сторонам. На ее удачу, почти все уже разъехались.
А рыжий не обиделся на ""идиота"". Чуть померк, но так и стоит рядом.
- Тома, разблокируй мой номер! Заканчивается на 6969.
- Издеваешься?!
- Нет, ну я понимаю, - парень ухмыляется, - такой намек. Но это правда мой номер!
Мама отходит подальше, чтобы не смущать ""парочку"". Я шагаю к ней.
- Мам, не говори пока никому, - имею в виду наших знакомых, - особенно бабушке. Я сама ей расскажу.
- Да много радости звонить старой стерве! А ты не о ней лучше думай, - смотрит мне в глаза, - а мужа дожимай!
Мама хочет, чтобы я получила от Гордея денег.…
- Мне пора. Бронников идет.
Отвожу взгляд, и сама поворачиваюсь и ухожу.
Когда мы остались одни, мне вначале было жаль маму. Мой папа, как и я, был архитектором. Зарабатывал не миллионы, но вполне нормально. Умел грамотно распределить траты.
Он погиб, а мама лишилась не только источника денег, но и того, кто бы ее тормозил.
Я не понимала вначале. Потом стала замечать, что мама транжирит. Кое-что можно было не покупать. Что-то мы не могли себе позволить в принципе.
