Но, как и прежде, как сейчас, так и после – я не смогу тебе помочь.

– Прошу… все что угодно…

Теант нахмурился и выпрямился. Теперь его голос звучал трещащим от бури лесом. Гнущимися в земной поклон вековыми деревьями; корнями, вырываемыми из почвы ветрами дикого шторма."

"– Разве можешь ты, смертная плоть, дать мне жизнь?! Жизнь измученными вашей поступью лесов, что я храню в сумерках, когда уходит свет и не приходит тьма?! Разве можешь ты излечить раны от высушенных вами ручьев?! Шрамы от устроенных пожаров?! Дать пищу тем, чья кровь пролилась не для пропитания, а потехи и забавы ради?! Дай мне свой ответ, мой старый враг! Можешь ли ты это? И если ты ответишь, что да – я отдам тебе этот цветок.

Надо было ответить. Надо было заставить свои губы пошевелиться и сказать простое, пусть и лживое, “да”. Соврать. Солгать. Но…

Хаджар не мог.

Как он сможет научить своего сына понятиям чести и истины, если вся его жизнь будет построена на лжи? Дом, построенный из гнилых бревен, обречен обрушиться.

– Я так и думал, – Теант поднял ладонь и огненный цветок пропал в его древесной гортани.

Сердце Хаджара пропустило удар. Затем еще один удар. Еще и еще.

Оно попросту замерло.

И Хаджар Дархан начал умирать где-то внутри самого себя.

И то, что поднималось вместо него, было уже чем-то другим.

Почему-то ему вспомнились слова министра Джу из воспоминаний:

– “Помни, мой король…

– Помни, хранитель Теант….

– “как я просил тебя, стоя на коленях…

– Как я просил тебя, стоя на коленях.

– “спасти мой народ”

– Спасти моих родных.

Глаза Хаджара засияли небесной бурей, когда ветра сталкиваются с грохотом падающих со скал камней и молнии сверкают выпущенными на волю духами мщения и разрушения.

Шкуры на его теле порвались. Железные доспехи пришли им на смену.

По нагруднику летал разъяренный дракон. Его когти и клыки сверкали на руках и ногах Хаджара. А меч, на котором птица Кецаль разрезала крыльями облака, источал тьму и синеву и, сливаясь, они превращались в бурю.

– Как никто другой, – и теперь уже голос Хаджара гремел над темнолесьем Тир-на-Нога. – ты должен знать, Теант. Мы то – что едим. И, пусть будет так…

“Что ты будешь делать, Хаджар, когда придет тот, кто захочет все у тебя отнять?”

– … я вырву твое сердце. И если этого будет недостаточно – сцежу всю кровь, до последней капли, но освобожу то, что мне дорого. И, пусть хоть сам Дергер спуститься ко мне – но это будет последней раз, когда я обнажу свой меч.

Вокруг Теанта вспыхнул столп темной энергии. Энергии леса, погрузившегося в глубокие сумерки.

– Так давай, как прежде, как после, как ныне, сразимся, мой старый враг!

Глава 1201

Когда энергия рассеялась, перед Хаджаром больше не было никакого гиганта.