Последняя фраза мужа, что она высохшее бревно, не вдохновляло на фантазии с участием противоположного пола.

Тукаев, в очередной раз войдя в купе, застал соседок уже спящих. Заходящее за горизонт бледное осеннее солнце покидало эту сторону земли, едва отогрев стекла окон и припорошенную землю снегом вдоль рельс, наполняло слабым светом маленькое помещение, позволяя рассмотреть лучше лицо девушки.

Есения спала на щеке, повернув голову набок лицом к нему. Пшеничного цвета волосы выбились из резинки, стягивающей их в узел на затылке. Светлые, но длинные ресницы отбрасывали тень на скулу.

Опустившись на одно колено перед девушкой, вдыхал запах ее кожи, волос, словно дикий зверь, что почуял самку. Кровь предков снова дала о себе знать, когда не спрашивая мужчина забирал желанную женщину, даже если она принадлежала другому.

Запах табака защекотал ноздри и Есения приоткрыла глаза. Со сна не разобрала лица мужчины, а когда встрепенулась и села на полку, Архип уже сидел на своем месте и открыто смотрел девушке в лицо.

"- Что-то не так? – с волнением просила Есения, потирая ладонями заспанное лицо.

- Догадалась…, не так.

Голос мужчины сел и выдавал волнение, оно передалось Есении и она стала озираться по сторонам в поисках проблемы. Затор на рельсах или кому-то стало плохо в поезде? Но следующие слова вынудили посмотреть на собеседника.

- Ваша конечная цель Новый Уренгой? - Есения кивнула, тихо сказав “да”. – Я тоже проживаю и работаю в этом городе.

Девушка поначалу обрадовалась, что мужчина едет до конца. Поможет с тяжелыми сумками и, возможно, их подвезут частным транспортом.

- Ты мне понравилась, - открыто признался Токаев. – Я тебя хочу как женщину и предлагаю стать моей любовницей.

По мере осознания слов, сказанных Архипом у Есении наступил шок. Она часто заморгала, сомневаясь не сон ли это, но мужчина своими черными глазами четко следил за ней и лишь раздувающиеся ноздри, и напряженная челюсть выдавали его волнение. Нервно сглотнула образовавшийся ком в горле.