Пришлая вздрагивала и вскрикивала на каждом повороте и маломальском пригорке или спуске.

– Если вы думаете, что я специально, то нет, – ответила она недовольно. Уверен, и смотрела сейчас зло.

– Ты никогда не ездила на санях? – спросил я, поправляя сбившийся меховой воротник под затылком.

– Если только в детстве, но тогда меня точно не хотели убить. И в нашем мире более современные и удобные средства передвижения. Например, автомобили – повозки без лошадей. В них тепло, уютно и не мотает из стороны в сторону.

Даже с закрытыми глазами я уловил заинтересованность гонца в этом странном рассказе.

– Не хочу этого знать, – огрызнулся я. – Опять одно бахвальство и гордыня, – я приоткрыл веки и посмотрел на девушку. Та часто-часто захлопала ресницами и, надув обиженно губы, отвернулась к окну.

– Извините, – огрызнулась она довольно громко и добавила уже тише: – Куда вам до прогресса, неандертальцы.

– А что это слово значит? – поинтересовался осмелевший гонец.

Все же знал, что нельзя прислугу ставить на одну ступень с собой.

– Это первобытные люди, которые жили…

– Я не разрешал разговаривать с пришлой, – сказал, глядя на гонца.

– Прошу простить меня, ваша светлость, – тот извинился скороговоркой и забился в противоположный от девушки угол.

– В пещерах, – закончила она и наконец закрыла свой прелестный ротик.

Закрыла до конца поездки, пока мы не въехали на территорию королевского зимнего замка. Кузен до икоты любил зимнюю охоту, а охотиться в стенах столицы было довольно проблематично.

– И тут живет король? – спросила она удивленно.

– Король не так прогрессивен и современен, как я, поэтому попридержи язык.

На лице пришлой так и читалось: “Куда еще больше?!”

– Благодарю за совет. За меня можете не переживать, в свое время я прочла все книги сестер Бронте. Уж что-то я из них точно вынесла.

– В вашем мире женщины пишут книги? – спросил я.

– Вы удивитесь, но в нашем мире женщине доступны любые мужские профессии! Мы водим экипажи, строим здания, служим в армии, лечим людей, я вот!.

– И в мыслях не было, – ответил я, дожидаясь, когда кучер откроет дверь, первым спрыгнул на снег и протянул пришлой руку. Все же она женщина.

– Вы точно издевались, – прошептала она, присматриваясь, как бы спуститься самой и проигнорировать меня.

– Не забывай, что ты в глухом месте, где раны прижигают раскаленным металлом, – поддел я. – Переломы у нас не лечат, сразу относят к дому священнослужителя.