Так ведь и умереть недолго, от такой высоковольтки!

- Будь уверена, Принцесса, - сухо процедил Лешка, которому мое поведение явно не понравилось,  резко двигая бедрами и заполняя меня полностью одним рывком.

И я закричала.  От мгновенного разряда кайфа, потому что он что-то там внутри такое зацепил, отчего продрало все тело удовольствием, от бешеной наполненности, которая не через край, но уже, практически, больно. На грани. И эта грань – и есть самый смак.  Я выгнулась, еще сильнее прижимаясь к нему, и на эмоциях укусила за крепкое плечо.

- Вот ты зараза кусачая, - прорычал Лешка, резко стряхивая с себя мои руки и садясь.

Я хотела подняться к нему, но он не пустил, жестко фиксируя меня на кровати.

- Лежать.

Его командный сухой голос завел еще сильнее, я взволнованно выдохнула, разглядывая светловолосого , светлоглазого Лешку, невероятно красивого сейчас. Невероятно горячего, сексуального. И злого.  Опасного такого.  Сразу появилось ощущение, что я в постели с зверем диким, с которым никогда непонятно, что будет в следующее мгновение. С которым невозможно ничем управлять.

Я не управляла. Я подчинялась. И кайфовала он этого.  Лешка двигался во мне, переводя взгляд с моего лица на подрагивающую в такт мерным, сильным толчкам грудь и ниже, туда, где соединялись наши тела, где скользил его член.  Взгляд у него был острым и безумным.  А руки крепкими и властными.

Я только обвивала его бедрами и хваталась вытянутыми над головой руками за простыню, пытаясь хоть как-то удержаться в этой реальности. В глазах двоилось, троилось, губы ныли, так хотелось, чтоб поцеловал, но Лешка наклонялся лишь для того, чтоб жестко накрыть пальцами мою грудь и сжать ладонью беззащитное горло.  Чувствовалось, что ему нравлюсь я именно такой, подчиненной и растерянной.  А мне он нравился тоже таким: жестким и властным.  Он смотрел на меня, а я умирала от его взгляда, выгибалась, мучительно стараясь двигаться навстречу…

- Лежи, Принцеска, нехер командовать, - хрипло рыкнул он, а затем одним слитным движением закинул мои ноги себе на плечи.

И ох, как угол проникновения поменялся! Все стало острее, больше, горячее.  Я заметалась по кровати в поисках хоть какой-то опоры, мечтая одновременно, чтоб это прекратилось и чтоб длилось и длилось!

- Леша… Леша-Леша-Леша-а-а-а… - больше у меня ничего не получалось выговорить, потому что по телу прокатилась огненная спазмирующая волна удовольствия, я все же добралась до гладкой кожи своего любовника и в финальном удовольствии скребанула его ногтями.

Лешка дернулся и вышел из меня, кончая на живот.  Подышал, разглядывая свою сперму на моей коже, а затем свалился рядом на простыню.