Вот только не знаю, кто в этой ситуации фея-крестная – Каллум или Стив.

Спортивная машина Стива объезжает фонтан во внутреннем дворе. Мы останавливаемся перед парадной лестницей, и я распахиваю дверь, но чертова машина такая низкая, что мне, облаченной в сотни слоев шифона, никак не выбраться."

"Стив усмехается.

– Погоди. Сейчас вытащу тебя.

Он поднимает меня и ставит на мои десятисантиметровые каблуки.

– Что думаешь? – спрашиваю я, вытягивая руки в стороны.

– Красавица!

Я краснею от этого комплимента. Невероятно, что сейчас передо мной стоит мой отец и смотрит на меня с благоговением и гордостью.

Он берет меня под руку и помогает подняться по широким ступеням. Мы входим как раз в тот момент, когда Рид спускается по лестнице. Он так хорош в своем черном смокинге, что мне приходится силой заставить себя не пускать слюни.

– Привет, Рид. Отлично выглядишь, – с деланым безразличием говорю я, потому что Стив стоит рядом.

– Ты тоже, – отвечает он таким же безразличным тоном.

Но его горящие глаза говорят совсем другое.

– Я буду в кабинете Каллума, – говорит нам Стив. – Элла, зайди за мной, когда приедет твой парень.

Он исчезает в коридоре, что удивительно: отцу не нравится, когда мы с Ридом остаемся наедине, и у него есть на то причины. Стоит Стиву уйти, как Рид наклоняется и прижимается губами к моей шее. От его обжигающего поцелуя в пульсирующую венку подгибаются колени.

Рид прижимает меня спиной к стене и продолжает покрывать поцелуями кожу, которая так кстати обнажена благодаря вырезу в форме сердечка и отсутствию бретелей. Мои руки опускаются на накрахмаленную ткань его белой рубашки. С каждой секундой мысль о том, чтобы снять с него всю одежду становится все более привлекательной. Но, к сожалению, все портит доносящийся снаружи рев двигателя.

Услышав сигнал клаксона, Рид неохотно поднимает голову от моей груди.

– Твой кавалер приехал.

– А поцеловать в губы? – Я улыбаюсь, стараясь выровнять дыхание.

Он прижимает большой палец к уголку моих губ.

– Не хочу испортить твою помаду.

– Порть сколько хочешь, – разрешаю я.

Его губы изгибаются в ухмылке.

– Сейчас я бы поцеловал тебя и в другие части тела.

Рука Рида опускается на мою грудь, все еще мокрую от его поцелуев. Я ахаю, когда его длинный палец проскальзывает под тугой корсет и задевает мой сосок.

– Привет, мужик! Не помни платье моей дамы! – требует Уэйд, вваливаясь в холл без стука.

Рид вздыхает, убирает руку и, покачиваясь на каблуках, говорит:

– Я всего лишь восхищаюсь роскошным телом своей девушки.

Я делаю глубокий вдох, чтобы прийти в себя, и только потом поворачиваюсь к Уэйду. Слава богу, корсаж платья сделан из плотного шелка, и мое возбуждение не заметно.

– Раз мы сегодня пара, я надеюсь, что ты принес мне восхитительный букет.