– Мы оба знаем, что Элла единственная, кто выполнит свою часть сделки. Остальные послали бы тебя куда подальше. – Включая меня, но я стараюсь вести себя безупречно и свести оскорбления к минимуму. – Я здесь. Я хочу отвезти тебя на танцы. Я буду сидеть с тобой за ужином и отдам свой мешочек с фишками, чтобы ты купила все, что твоей душе захочется. Точка. Так что мы либо продолжаем ссориться еще часа два, либо валим на вечеринку. Если поторопимся, то даже сможем успеть к ужину.

– Я заслуживаю фотки, – настаивает она.

И как по сигналу из-за угла появляются миссис и мистер Каррингтон, у которого в руках фотоаппарат.

Я вздыхаю. Если не уступлю ей, то мы всю ночь проведем здесь.

– Ладно, делаем фотографию и едем.

– Пять фотографий.

– Одну.

На лице ее матери застыло смятение.

– Что ж, может, нам сделать пару фотографий у камина? – тихо предлагает она.

– Да, начнем оттуда, – соглашается Джордан.

– Несколько правил, – шепчу я ей, чтобы еще больше не смущать ее родителей. Они и так не понимают, что происходит. – Мы не целуемся, не обнимаемся, не делаем ничего, что делают парочки.

– Ты обнимешь меня, и тебе это понравится, – язвительно бросает она и хватает меня за рукав, чтобы притянуть к себе.

Я спокойно вытягиваю тонкую шерсть смокинга из ее хватки.

– Поосторожнее. Том Форд не дешев.

Мой смокинг пошит на заказ. Ежегодно каждый из нас получает новый. Папа глубоко убежден, что нужно иметь одежду на любой случай жизни.

– Готовы? – спрашивает миссис Каррингтон, жестом показывая своему мужу с фотоаппаратом подойти ближе.

После череды уверток и ухищрений, когда Джордан пыталась тереться своей задницей о мой член, а я старался сделать так, чтобы мы не касались друг друга даже одеждой, фотографии сделаны, и мы стоим у дверей.

Марк Каррингтон громко откашливается.

– Мистер Ройал, я не одобряю выбор моей дочери, учитывая ваше текущее положение, но хочу, чтобы она была счастлива.

– Папа, – вмешивается Джордан.

Но ее отец не обращает на нее никакого внимания и смотрит мне прямо в глаза. Я уважаю это.

– Не волнуйтесь, – успокаиваю я его. – Она будет дома к десяти.

Я протискиваюсь за дверь и сбегаю вниз по ступенькам, Джордан обиженно пыхтит у меня за спиной.

– Вечеринка не закончится до полуночи, козел.

Я открываю перед ней дверь машины.

– Как жаль! А ведь я уже сказал твоему отцу, что ты будешь дома раньше.

– А потом еще будет афтепати, – сквозь зубы говорит она.

Я жду, пока она закинет ноги в салон машины, уставившись в пустоту перед собой. У нее такое короткое платье, что будут видны трусы, а я что-то совсем не хочу на них смотреть.

– Я согласился только на один Зимний бал, – отвечаю я и захлопываю дверь.

– Ты собираешься весь вечер так себя вести? – спрашивает Джордан, когда я усаживаюсь за руль.

– Угу.