Потому что не было в то время телефонов, и, кажется, мы с Наташей многое упустили.
Могла бы она так же?
Нет, но.… хотелось бы.
И как она не понимает?!
Меня изматывала ситуация, в которой какая-то чужая баба становилась все ближе и желаннее, а жена — все дальше.
Я решил переломить ее через колено и пригласил Тигрицу.… в отель. Почему-то мысленно я продолжал называть ее только Тигрицей, и в переписке, кстати, тоже. Катенька… ей… не шло. Как будто костюм не по плечу, не по фигуре…
Вот не шло, хоть убейте! Не тянуло называть ее так.
Я думал.… хрен знает…
Меня размотало, признаюсь.
Таких выебонистых качелей в моей жизни не было, даже мотор в грудной клетке признавался порой: дружище, вот это ты выдал… Вот это тебя несет! Постой, дай отдышаться…
И, пожалуй, только это и сдерживало, только это и злило, как будто нашептывая: Наташа права, тебе пора остепениться.
Злило!
Бесило…
И вот итог: Тигрица не пришла, а жена заявила, что к хахалю отправится.
Она столько всего наговорила… До развода добазарилась!
— Подала заявление на госуслугах? Напугала ежа голой жопой. Да после этой ссоры я бы и сам подал, — буркнул я себе под нос, когда жена скрылась в лифте.
Потом автоматически потянул руку в карман и вдруг вспомнил, что жена мне в руку что-то вложила.
Ёба на, как меня вштыривает этой ситуацией…
Бабы!
Голова от них кругом, я моментами вылетаю, вышибает!
Раскрыл кулак, пригляделся.
В зобу дыхание сперло.
Это были трусики моей жены.
Тонкие, кружевные трусики…
Мне Тигрица скидывала похожие. Смелые трусики…
Моя жена тоже такими меня баловала, но потом… перестала.
Она.… в таких трусиках передо мной была!
Была.
Но сейчас без них, что ли?
Я поднес к носу клочок ткани, чувствуя себя странно.
Трусики с жены мне доводилось снимать, но не нюхать.
Теплые.
Они всё ещё были теплые и… пахли моей женой.
У меня будто раздвоение личности пошло, надвое меня раскололо!
Одна часть рада предаться разврату без границ с Тигрицей и, наверное, приди она сюда, я бы… реально не просто пофлиртовал на глазах у жены.
Вторая часть, которую я считал просто совестливой, внезапно взбрыкнула.
И, признаться, не было в этой части ничего от совести, а вот от собственнических замашек — до хрена.
Этой части меня ревностно не понравилось, что жена… Моя жена.… Та, которую я девчонкой взял и распечатал под себя…
Распаковал невинной!
Сейчас… с видом суки… ушла без трусиков.
К какому-то хахалю.
Не бывать этому.
Недолго думая, я рванул за ней.
Натаха — на лифте, я вниз — на соседнем.
Считая этажи.
Матерясь, что так долго…
Сгорая.
От ненависти к ней, от жадного пыла, который ещё горел.
Я раньше думал, нельзя одинаково двух баб хотеть. Нельзя, и все тут.…
Но… Меня, сука, под каток… тонким слоем разматывает, от того, как я хочу то жену, то Тигрицу.
