Неужели все не так радужно, как он мне расписал?

— Наталья. Иван вообще не пришёл на прием. Не сделал обследование, не сдавал анализы.

То есть, в отеле, сказав, что у него ЭКГ отличное, что ему врач дал зелёный свет, Иван солгал мне!

Я прихожу в холодную ярость, в бешенство, но потом… остываю.

Хватит с ним носиться, как с маленьким.

Хочет себя загнать в могилу, я не брошусь под колеса поезда, на котором он мчит к плохому финалу, не стану жертвовать собой. Не буду продолжать быть при нем и им же битой.

— Антон Савельевич… Я вам просто по привычке ответила, но дело в том, что мы с Иваном разводимся. С некоторых пор его благополучие и здоровье — его собственных рук дело, личная забота и ответственность.

— Разводитесь? — кажется, врач искренне расстроился. — Плохо, Наталья. Очень плохо. Ему бы поберечься… Риск высок. Крайне высок. Я же не спроста ввел ему строгие ограничения.

Я знаю, но.… так же знаю, что пока я его берегла, Иван охамел, оборзел в край и начал открыто меня унижать.

Для него я — враг народа номер один и просто скучная, старая баба!

— Я ничего не могу сделать, Антон Савельевич. Хотя… если у вас есть симпатичная медсестра, пусть она попробует заинтересовать Ивана чем-нибудь… — усмехаюсь.

Если пообещает показать ему сиськи или мокрую киску, он и не на такое согласится, упрямый, тупой и… слепой!

Боже, какой слепой, только о члене и думает.

Дальше его конца ничего не видит!

Так и помчится… прямиком на тот свет, зато со стоячей елдой.

***

Ваня встречает меня возле входа в ресторан.

После моего появления, он отбрасывает сигарету в сторону и направляется ко мне, пытается завязать разговор, старается отговорить объявлять о разводе.

Просит о втором шансе и говорит, что готов поработать над нашими отношениями…

Говорит непривычно много, а я.… чёрт, не могу проникнуться его словами.

Грош цена этим обещаниям! Если он мне лгал, солжет и сейчас.

Снова.

— Пока я ехала сюда, мне звонил твой врач.

Иван осекается и мрачнеет, напрягшись.

— Что сказал? Что ему было надо?

Я решила пуститься на маленькую хитрость и равнодушно пожала плечами.

— Откуда я знаю, Вань? Мы расходимся, и, если быть честной, мне надоело быть тебе личным секретарем, бухгалтером, кухаркой, нянькой и женой. Я отвечать не стала. Сам перезвонишь ему.

— Перезвоню. Наверное, прием хочет перенести или что-нибудь такое.

— Но у тебя же всё хорошо.

— Меня — хоть в космос. Здоровье — железное, и ЭКГ, и анализы. Савельич на приеме вообще сказал, все бы после инфаркта ходили таким огурчиком, как я, — сказал он и, поправив волосы, почесал за ухом.

Верный признак, что он сейчас нервничал.

Оттого, что солгал?

— Нервничаешь?

— Нервничаю, — огрызнулся. — Я разводиться не планировал.

— Конечно, не планировал. Ты решил гарем развести.