Она просто-напросто была совсем не той девушкой, которая притягивает внимание таких мужчин, как он, и она боялась, что никогда не станет такой.

***

Десятого апреля 1813 года - через 2 дня после ее семнадцатого дня рождения - Пенелопа Физеренгтон была выведена в Лондонское светское общество. Она совсем не хотела этого делать. Она умоляла мать подождать еще один год. Она, по меньшей мере, весила на целых 2 стоуна больше, чем должна была бы весить, а ее лицо имело тенденцию покрываться ужасными пятнами, стоило ей только немного занервничать. Поэтому, скорее всего на лице у нее постоянно будут красные пятна, поскольку ничто не могло заставить ее нервничать сильнее, чем Лондонский бал.

Она старалась напоминать себе, что красота - вещь поверхностная, но это не помогало ей, когда она ругала себя за то, что она не знает о чем можно говорить с людьми. Нет более угнетающего зрелища, чем некрасивая девица, ничего не представляющая собой, как личность. А в свой первый год на ярмарке невест, Пенелопа, была именно такой.

Стоун = 15 фунтам = 6 кг (прим перевод.)Некрасивая девица без…, - ну хорошо, она может дать себе небольшую поблажку - с очень небольшой индивидуальностью.

Но глубоко внутри, она знала, какая она на самом деле - та девушка была умной, доброй и частенько даже забавной. Но почему-то ее индивидуальность все время терялась, где-то по пути между сердцем и языком, и тогда она замечала за собой, как говорит какую-нибудь глупость, или вообще молчит."

"Но хуже всего было то, что мать Пенелопы не позволяла ей выбирать свои наряды самой, и когда у нее не оказалось белого платья, которое надевало большинство молодых леди (и которое, конечно, не подходило к цвету ее лица), ее заставили надеть нечто желто-красно-оранжевое.

В этом платье она выглядела особенно жалко.

Когда однажды Пенелопа предложила зеленый цвет, миссис Физеренгтон уперла руки в свои более чем обширные бока, и заявила, что зеленый цвет слишком меланхоличный.

“Желтый” - заявила она, - счастливый цвет. А счастливая девушка сможет поймать себе мужа.

Тогда Пенелопа решила не пытаться понять работу ума матери. Итак, Пенелопа обнаружила себя в желто-оранжевом, и местами красном, платье.

Несмотря ни на что, при таком сочетании цветов, Пенелопа выглядела особенно несчастной. Фактически, она выглядела в этом платье ужасно, со своими карими глазами и волосами рыжеватого оттенка. С этим она не могла ничего поделать, она решила постараться улыбаться, и если она иногда не смогла заставить себя натянуть улыбку, то, по крайней мере, она не станет плакать на публике. Что, с некоторой гордостью отметила она, ей еще не приходилось делать.