– Ничего страшного не случилось! Вот увидишь, окулист подтвердит, что все с Темочкой в порядке, – перевешивает свою сумку на двойную коляску. – Меньше в интернете надо было рыскать. Там мамки каких только глупостей не напишут, а еще вредные советы дадут, как народными методами лечить или к какой бабке водить, – закатывает глаза.
Шмыгаю носом и судорожно хихикаю. Снежана – полная моя противоположность. Она уравновешенная, серьезная и очень сильная, если смогла пережить потерю ребенка. А я паникерша, бросаюсь из крайности в крайность и нервничаю по любому поводу. Особенно, когда речь идет о рыжиках моих любимых.
"– Ты же знаешь, Снежка, с каким нетерпением я ждала, когда у них цвет глаз определится. Интересно было. И вдруг… Такое, – постанываю и крепче к груди своего бутуза прижимаю.
– Опять начинаешь? – фыркает на меня подруга, но тут же на девочек отвлекается, которые ворочаются в коляске. Ориентируется быстро и начинает качать их.
– Так, ждите нас в сквере через дорогу, – веду плечом в нужном направлении, потому что руки заняты.
– Так точно, мэм, – выравнивает спину Снежана и брови сводит. Намеренно приободрить меня пытается.
Убедившись, что я собралась с духом, она выруливает с площадки, направляется к дороге. Провожаю подругу с малышками теплым взглядом и разворачиваюсь к поликлинике. Но слышу позади гул двигателя, всплеск воды и возмущенный «ай» Снежаны.
Оглядываюсь и успеваю заметить на правой полосе белый внедорожник, который отдаляется. Надо бы номера на заляпанном бампере запомнить, но я перевожу напряженный взгляд на подругу. Она находится сейчас у обочины дороги, а коляску собой прикрывает. Материнский инстинкт сработал машинально.
– Осторожнее, – рявкает она вслед автомобилю и, оттряхивая плащ от коричневых капель, бурчит себе под нос: – Придурок.
Внедорожник притормаживает, дает заднюю – и уже бесшумно возвращается к нам, останавливаясь посреди огромной лужи. Не до конца осознав, что именно произошло, я испуганно спешу на помощь подруге. Мало ли, какой псих за рулем дорогого авто.
Стекло со стороны пассажирской двери опускается, но водителя мне не видно.
– Извините, не заметил вас. И эту лужу дурацкую, – доносится из салона мужской голос. Почему-то я замираю на месте, не смея сделать шаг. Пристально изучаю машину, но сквозь тонированные стекла сзади ничего не рассмотреть. Впрочем, зачем мне знать, кто внутри? – Вы слишком резко подошли, – продолжает разговаривать со Снежаной, а я так и стою чуть поодаль. – Все нормально? Может, подвезти вас?
– Это вы слишком неаккуратно водите, – парирует подруга.
