— Своя мама не съела, чужая — подавится, — философски заявила Ульянка и опустила взгляд на крепкий орочий зад.
Выдохнула и просияла."
"Закатив глаза, я обернулась на Инчиро. Вот только в поле моего внимания попал несчастный, всеми забытый злодеюшка эльфийских кровей. Он сиротливо выглядывал из кухни, держась за косяк двери. Глазки на мокром месте. Сам бледный. Ушки висят.
Ну, дрогнуло у меня сердце. Чего уж! Да, жалостливые мы женщины. Знаю, что мерзавец. И смерти мне желал и выкрал. И отравил. Но... Заплаканная моська делала свое черное дело.
— Инчиро — я тихонько скользнула к мужу. — Может, заберем его? Лафилье?
Он лишь покачал головой. И сделал это с таким выражением лица, что я от досады губу прикусила.
— Ну, пожалуйста, милый. Прошу. Пропадет ведь дурень. Сгинет...
— На улице обсудим, Арина, — склонившись, выдохнул мне на ухо. — Не здесь и не при нем.
— Но...
— Я всё сказал.
Я тяжело вздохнула и отвернулась. Осталось на душе это гадливое чувство нелепой вины. Вроде я здесь жертва, но... Хоть самой плачь. Открыв дверь, Орхан первым вышел в коридор, за ним шмыгнула Ульянка прямо в тапочках и домашних шортах.
— Пойдем, Арина, — Инчиро обнял меня за талию и повел вперёд.
За спиной послышались сдавленные рыдания, просто добивая. Я попыталась обернуться, но мой демон не позволил. Вывел в коридор и захлопнул дверь. Протянул мне ключи.
— Запри это недоразумение. За ним придут через час. О том, что он проник в этот мир без пропуска, уже известно. Дальше будет арест и разбирательство. Естественно, у нас. И не нужно быть такой жалостливой, малышка. Там некому сострадать. Он всю жизнь вот так паразитировал на других, выводя на эмоции. Не стоит он того.
Забрав у него ключи, я поднялась на носочки и поцеловала этого злодея в губы.
— Я люблю тебя, Инчиро Джакобо, — шепнула, заметив, как вспыхнул огонек в его глазах. — И я буду жалостливой. А ты смирись и прими это как данность.
— Уже принял, — он прижал меня ближе к себе, — но попрошу отчеты читать реже, а то я растеряю всю свою репутацию.
— Главное, без измен, — фыркнула на него.
— Я однолюб, Арина, так что отдуваться тебе за всех. Пойдем. Ты очень бледная, и мне это не нравится. Три дня из постели не выпущу.
— Ммм, какие угрозы, — я положила ладонь на его грудь. — Ты правда за меня испугался?
— Не задавай глупых вопросов, — чуть склонившись, он рывком поднял меня на руки.
