Пришедшие в агрессивной форме стали предъявлять претензии, кричали, размахивали руками. Стёпа незаметно выскользнул из-за стола и куда-то ретировался, а все упреки посыпались на Фрэда. Тот что-то лепетал в своё оправдание, но, видимо, правдоискателей это не устроило, и они стали его бить. Мне пришлось за него вступиться.
Фрэд был очень признателен мне, что я спас его от вульгарной расправы, и после этого случая мы стали если не друзьями, то уж хорошими товарищами наверняка.
Как-то прочитал о себе в одной газете: «он был закалён в жестоких кабацких драках…» Ага, такое случалось.
Драться приходилось часто. То ханыг отваживать, то местную гопоту, а то какой-нибудь посетитель, в простонародье «баклан», начинал шалить. Да мало ли всякого…
Работа кафе постепенно наладилась, и оно стало приобретать популярность. Днём у нас обедали работники и служащие окрестных магазинов и учреждений, а вечером собиралась «золотая молодёжь» со всего района.
Однажды у меня созрел весьма авантюрный план. Выяснив у моих приятелей из числа «золотой молодёжи», какая видеоаппаратура нынче в тренде, цены на неё и где обитают спекулянты, ею торгующие, я отправился на разведку к комиссионному магазину на Комсомольский проспект.
Пригляделся, что к чему, потом потолкался среди торгашей, стараясь привлечь к себе внимание.
"Денег у меня не было, и из последних купюр я смастерил «куклу». На место встречи прибыл заранее, чтобы оценить обстановку, понаблюдать за окружающими и самому не угодить в капкан.
Барыга обитал в Кунцево, в хрущёвке, в квартире на последнем этаже. Его жилище, на мой неискушённый взгляд, было роскошным, а сам он выглядел словно барин – в расписном халате, подвязанном поясом с кисточками, и каких-то причудливых тапочках.





