Это была моя первая заграничная поездка. Естественно, лететь мне пришлось под чужим именем, но это ничуть не испортило мне праздника.

Если забежать на десяток лет вперёд, то окажется, что Испания – а Канарские острова, напомню, являются территорией Испании – стала для меня не только первой, но и, похоже, последней «заграницей».

Тогда, в конце 1991 года, поездка на Канары и сама по себе – всё-таки первый выезд за рубеж – оказалась для меня событием, а то, что мы отправляемся туда в компании «старших» (и, что немаловажно, за счёт организации), стала знаком особого отношения, расположения и, я бы сказал, авансированного нам с Культиком доверия со стороны «борцов», своеобразной вехой в моей преступной «карьере»."

"Теперь мы с Культиком были не просто «сильвестровские», а вошли в обойму ближайшего окружения Сергея Ивановича. Во всяком случае, именно так я относился к происходящему, и тем большее значение имела для меня эта поездка.

…Тенерифе встретил нас злым, ледяным ветром и колымским холодом. Тяжёлые тучи до горизонта застилали небо, и унылое солнце…

Да не! ШУЧУ!

Чистое голубое небо, яркое солнце, тепло – градусов 25, – буйство красок цветущих растений и бескрайняя гладь океана, после грязной и промозглой московской зимы вызывали чувство восторга и нереальности происходящего. Так вот какая ты, Заграница!

«Хищный оскал капитализма», о котором нам твердили со школьной скамьи, при ближайшем рассмотрении оказался приветливой улыбкой, а сами «акулы» – гостеприимными и радушными хозяевами.

Примечательно, что в ту пору не только Канарские аборигены были для нас экзотикой, но и мы, русские, которых они представляли чуть ли не полудикими бородато-мохнато-лохматыми дикарями в шапках-ушанках, овчиных тулупах и валенках, и теперь впервые увиденные воочию, стали для многих из них диковиной.

Мы купались в океане, резвились в аквапарке, путешествовали по острову, наслаждались традиционной едой в местных ресторанах, зажигали в барах и на дискотеках. Даже посетили тамошний зоопарк, который, по утверждению местных гидов, на тот период считался одним из самых больших в мире, и его якобы в своё время пытался приобрести в личную собственность Майкл Джексон, но ему отказали.

Словом, мы прекрасно провели время и отдохнули. Но отмечать Новый год в жарких странах под пальмами нам, привыкшим к снегу, морозам и ёлкам, кажется каким-то абсурдом. Что может быть нелепей?

Две недели промчались незаметно, отдых закончился, и мы вернулись в Москву к нашим повседневным делам.

С Бородой мы виделись практически каждый день, собираясь на эдакую планёрку. Частенько мы встречались в мебельном магазине на улице Сретенка, где специально для этого было оборудовано одно из подсобных помещений: мягкая мебель, чай-кофе и всё такое.