— Приходи завтра в церковь, как в прошлый раз, когда все уйдут! Отпусти меня, я тебе ничего не сделала! Слышишь? Немедленно отпусти!

Какой хищник выпустит свою добычу? Кто откажется насладиться гибелью врага? Кому и когда что мешало ударить исподтишка, ублажая больное эго?..

Никто не придет, герой на коне, одетый в сияющий плащ, не явится, чтобы спасти меня, это жизнь. Нет штампов «в последний момент» — почему людям это так нравится? Хватаются за соломинку в выдуманных мирах и историях, которые никогда не происходили?.

Больно не было. И не страшно. Может, ведьмовство длилось мгновение, а потом все исчезло: Моревна и спирали, как не было, и лошадь подняла голову и вопросительно фыркнула, мол, натерпелась страху, пора домой?

Я протянула руку и потрепала ее по шее. Грива у нее была мягкая, шелковая, в ответ на мой жест лошадь возмущенно тряхнула головой. Мне ко всему еще привыкать — от присутствия лошадей в моей жизни до косых взглядов людей, которые будут счастливы перемыть мне кости.

"Я начну появляться в свете, мне нужно вести дела, и каждая местная кумушка попытается сосватать мне залежалый на брачном рынке товар. Вслед мне будут качать головами и твердить, что пора устроить никудышную жизнь. Что я не смогу управиться с капиталами.

Я их заработаю. Мое имение восстанет из руин, вот только дом, пафосный, пустой, гулкий, я не буду восстанавливать никогда.

Пара лет — и никто не узнает бесполезную барышню Елизавету Нелидову. Лет пять — и я стану одной из тех, к чьему слову будут прислушиваться.

Я еще раз потрепала лошадь по шее. Загулял легкий ветер, в свете луны засверкала утренняя роса, начинало светать — самый темный час был перед рассветом, и он уже миновал.

— Поехали, — сказала я лошади. — У нас впереди много дел.

Конец."