— Не знаешь, говоришь?! Или не помнишь? А может комедию ломаешь? В таком случае, сейчас я тебе напомню.
Он сжимает ладонью мой затылок, тянет на себя и… горячо целует в губы.
Я. Не. Дышу.
В шоке распахиваю глаза и чувствую, как мужчина сладко и чувственно сминает мои губы своими губами.
Углубляет поцелуй.
Делает его влажным, сочным, незабываемым.
Красивый мужчина попросту сбил меня с толку…
Поверить не могу, что я целуюсь с незнакомцем!
И моё тело отказывается сопротивляться, более того, оно расцветает под напором пылких ласк такого шикарного безумца!
Как будто признает в нём своего хозяина…
Как будто оно уже когда-то раньше испытывало эти властные прикосновения и жаркие поцелуи, поэтому охотно отзывается.
— Ну? Вспомнила? — он отстраняется, оценивая мою реакцию. На дне необычной красоты глаз пляшут озорные чёртики.
Я как парализованная продолжаю смотреть в дьявольски-красивое лицо, потеряв дар речи.
— А так?!
Его рука вдруг нагло ныряет вниз и смачно хватает меня за попку.
— Выыыы! Да как вы!!!
— Вот и голосок прорезался! — раскатистый, сексуальный смех почти вывел меня из себя. — Да, Мила Воронцова, улица Острякова, дом семьдесят шесть, квартира девять.
— Откуда…
Я смотрю на него изумлёнными глазами, всматриваюсь прямо в это завораживающе-мужественное лицо, покрытое жесткой щетиной, и тону в безднах тёмно-зелёных, суровых глаз.
После смачного шлепка по попе и бурного поцелуя в засос, я понимаю, что память ко мне возвращается…
В голове что-то щелкнуло.
Пронеслась короткая вспышка озарения, а вместе с ней тот самый роковой день.
Неужели…
Я вспомнила ЕГО!
Шикарного мужчину, с которым провела ночь.
И от которого сейчас беременна…
* * *Месяц назад
— Мил, хватит марафетиться, живо в зал иди! Сегодня народу тьма! Рук не хватает! Поговаривают, сегодня очень важная шишка приедет! Паулина говорит будет всех безжалостно штрафовать за малейшие косяки.
Я быстро прихожу в себя и захлопываю металлический шкафчик, пряча носовой платок в карман передника.
— Ну в чем дело? Ты плакала? — Вика неожиданно смягчается и кладёт руку на моё плечо. — Проблемы?
Её лицо немного плывёт перед моими глазами, когда я вспоминаю результаты последнего обследования моей мамы.
“Ситуация критическая. Нужна срочная операция. Месяц, максимум три и мы потеряем вашу маму… “
— Всё нормально, — тряхнула головой. — Просто голова разболелась. Я сегодня на сутках.
— Чего? — вылупила она глаза. — Мил, ты же не робот! А Паулина что?
— Ничего, Вик. Давай не сейчас. Просто мне реально деньги нужны и очень много. Сроки поджимают.
— А, я поняла, это из-за болезни твоей мамы?
Я кивнула.
— Даже не знаю, как тебе помочь, — грустно вздохнула она.
