Он являлся единственным из присутствующих, с кем я здесь был более-менее знаком. Нас с полковником прикомандировали к какому-то элитному княжескому спецотряду одарённых, в составе которого и была поставлена задача провести одну громкую, сверхсложную и опасную операцию.
Все началось с того, что в укрепрайон где обосновался наш полк после закрепления на взятых высотах, через неделю прибыл какой-то большой начальник, и меня вместе со старшиной, коим он и продолжал являться для всех остальных, перенаправили в другую воинскую часть.
— И как вы будете пробираться в город? — изогнув бровь произнёс я, переводя взгляд на командующего объединённым отрядом и операцией.
Все подступы к населённому пункту несмотря на тёмное время суток были прекрасно освещены, и вдобавок, учитывая военное время и возросшую угрозу, не менее прекрасно охранялись. Пробиться силой, конечно, учитывая уровень церберов которых высшее руководство вместе с нами отправило на это задание, не составит вообще никакого труда, но тогда о какой-либо скрытности, однозначно придётся забыть. А с учётом поставленных целей, сейчас это было и вовсе совершенно неприемлемо.
— Есть что по делу сказать или предложить? — не отнимая глаз от своего тепловизора, низким грудным голосом бросил в ответ командир.
Лидер боевого отряда с брутальным названием «Витязь», с момента первого нашего знакомства показался мне человеком очень строгим, упрямым и бескомпромиссным. Сухой, предельно серьёзный, жёсткий и угрюмый, он никогда не улыбался и казалось всегда был сосредоточен на задаче. Его подчинённые, не менее суровые бойцы и профессионалы, но всё же не лишённые всего человеческого, как, например, чувства юмора, при нём вытягивались по струнке и вмиг надевали маску брутальной серьёзности.
Естественно, мне, с моим на фоне этих ребят раздолбайским характером, в их компании было не очень комфортно. Но тут уж пришлось смириться и работать — дело важнее.
— Конечно есть. Но я хочу посмотреть как вы сами будете выворачиваться. — сдерживая усмешку бросил я и вздохнув откинулся на спину.
— Тогда не зубоскаль. Мешает. — безэмоционально бросил в ответ офицер.
Выдержке и терпению этих воинов можно было только позавидовать. Мы уже пятый час наблюдали за городом с небольших холмов на его отшибе и абсолютно при этом бездействовали, очевидно чего-то выжидая.
Старшина в наших разговорах вообще не участвовал и казалось, присутствовал чуть ли не как наблюдатель. Хотя, конечно, это ощущение было обманчиво — он просто не мешал командиру рулить операцией и исправно выполнял мелкие разведывательные поручения на равных со всеми остальными.
— Воевода, кажись едет кто. — прозвучало в наушниках и все кроме меня уставились на единственную дорогу, проходящую в этом месте.
