Пока блондин отчитывает Ансера и требует перестать при ребенке выражаться, я сбегаю под бок Регора с Максом и получаю искренние обнимашки."

"Немного успокоившись, мы используем сразу все тесты. Время будто останавливается во всём линкоре. Три минуты ожидания тягучей каплей мёда повисают на кончике ножа. Ансер меня опять к себе забирает. И на всех, кто пытается отобрать, рычит. Обнимает словно хрустальную. А я слушаю, как быстро колотится его сердце.

Два теста одновременно загораются положительными ответами. И мужчины на несколько секунд зависают. Я непонимающе кошусь на шестерых обалдевших мужей.

Не может же быть сразу два биологических отца? Но и пудреницы в руках Регора и Макса горят. Ближе подбираюсь, чтобы лучше рассмотреть. И перевожу взгляд на застывших брюнетов.

— Один из тестов бракованный. Утром слетаем на ближайшую планету и сходим к врачу, — решает за всех нетерпеливый Марс.

— Нет смысла лететь. Мы с Максом созданы из одного набора клеток, — обрубает мой слегка удивлённый коммодор и стискивает в своих крепких объятьях. — Мы беременны, Маленькая.

— Да, — шепчу, улыбаясь сквозь слёзы.

Как-то незаметно каюта пустеет.

Я не замечаю ничего. Просто замираю, уткнувшись носом в шею Макса. А он что-то неразборчиво шепчет. Спину растирает. В висок целует. Поднимаю голову, смаргивая лишнюю влагу. В глаза заглядываю. Макс улыбается, носом об мой нос трётся и тихо предлагает:

— Поцелуй, как в старых фильмах?

— Да! — с громким всхлипом выкрикиваю.

Хохочу, когда он прогибает меня почти до самого пола и сминает губы. Висну на шее, глаза прикрываю и отвечаю со всей голодной страстью И вижу яркие, ослепительные звёзды под закрытыми веками.

— Я люблю тебя, — шепчу, не прерывая поцелуй.

Макс выпрямляется, продолжая удерживать меня. Ощущаю вторую пару рук на боках и теснее жмусь сама.

— Вас люблю, — поправляю себя и разворачиваюсь к Регору.

— Взаимно, — выдыхает Макс и, убрав волосы с одного плеча, прижимается губами к шее. Останавливается, отстраняется. А я, плечами передёргивая, ёжусь. Теряю необходимое тепло и поворачиваю голову. — Я должен был все пять лет говорить это. Я люблю тебя, Лан. Без всяких тоже и взаимно. Просто люблю.

Эпилог. Старкар.

— Ты меня слышишь? — кузина перед носом пальцами щёлкает.

Слышу в голосе капризно-гневные нотки. Но всё моё внимание приклеено лишь к одной женщине, что идёт по императорскому саду в компании побратима.

Бездна! Она сейчас ещё красивее, буквально светится, словно сверхновая звезда. Почти ослепляет. И я против воли залипаю на ней. Улыбаюсь самой глупой улыбкой. Мозги растекаются, кровь по венам кипит, и сердце ускоряет свой бег. А ведь она ещё даже не зашла в комнату.

— Старкар! — рявкает императрица Вальдоса. — Я тебя точно уволю и попрошу дядю найти замену.