Натали старалась лежать тихо и дышать равномерно, чтобы те, кто ее украл не сразу догадались, что она пришла в себя. Ей необходимо было время все обдумать.

Сначала она долго и с удовольствием орала на водителя, бросившего ее на этом мусорном уровне. Орала, конечно, мысленно, зато не стесняясь в выражениях. Потом, чуть успокоившись, попыталась мыслить конструктивно. Браслет недоступен, сигнал бедствия подать она теперь не может. Но оставалась надежда, что бессовестный водитель все же сообщит отцу о том, что произошло. Об аварии, ведь о похищении он не знает. Даже если не сообщит, то отец все равно забеспокоится после того, как позвонят из школы: ведь Натали не явилась на занятия. То есть очень скоро уже, возможно прямо сейчас вся служба охраны порядка поднята на уши и прочесывает Инфериор в поисках пропавшей наследницы «Империи Флина». И кто-то из зевак наверняка выложил записи с похищением в сеть. Так что возможно прямо сейчас все новостные каналы забиты горячими известиями о похищении дочери богатейшего человека Примариуса. Осталось ждать недолго, ее обязательно найдут. Глупые, жалкие бандиты, вы не знаете, что подписали себе смертный приговор, едва посмев коснуться ее. У Натали даже настроение поднялось, когда она все это провертела в голове. Надо совсем немного подождать. А пока она будет тихой и послушной, будет делать все, что они скажут. А потом лично будет присутствовать на их казни! Ах, да. Смертные казни сейчас повсеместно заменили ссылкой и пожизненными работами в опасных местах. Куда свободные люди отправляются работать за очень большое вознаграждение. На шахты астероидов, например. А Натали сделает все, чтобы они попали на пояс Гумбольта — пояс астероидов, которым владел Скандор Флин. А там уж… А там уж! Она вспомнила вонючую лапу на своем лице и сжала губы. Вы за все ответите!

Внезапно под потолком зажегся свет, Натали зажмурилась от неожиданности, даже дышать перестала. Кожа покрылась мурашками от страха. До этого дня Натали боялась только стоматолога и аттракционов в парке Свободы. Перед стоматологом она испытывала какой-то иррациональный страх, ведь лечить зубы было совсем не больно. Вместо укола врач касался десны теплой палочкой, мгновенно лишающей нервы всякой чувствительности, а потом Натали просто сидела, закрыв глаза и слушала музыку в одном наушнике. Неудобно, конечно, в одном, но иногда приходилось кивать или отрицательно качать головой на вопросы врача, но в общем-то ерунда. А от Бешенной Скачки, самой большой горки, с тремя мертвыми петлями, сердце, конечно, ухало в груди и пыталось провалиться в пятки, но все же это был сладкий страх, от него щекотало в носу и хотелось смеяться во всех голос.