Мне пора.
– Я могу заплатить вам в два раза больше, чем вы обычно зарабатываете…
Искорки трезвости освещают помутневшее от алкоголя сознание. Сегодня утром я заключил контракт с японцами, который принесёт моей компании прибыль в миллиард баксов.
А она говорит об удвоении?
Хм…
Я точно брежу.
Мозг отказывается работать. Хватаю стакан и жадно проглатываю каждую каплю жидкости, приятно обжигающей моё горло.
– … за ночь.
Фраза звучит как контрольный выстрел в лоб. Фонтаном сплёвываю то, что не успел проглотить.
– За ночь?
Кивает. А я как извращенец таращусь на её пышные буфера, обтянутые светлой тканью.
– Напомни, что от меня требуется по нашему договору?
Блондиночка с опаской оглядывается, затем наклоняется к моему уху и голосом, из которого сочится страсть, шепчет:
– Заняться со мной сексом.
Глава 2. Астея
Семь дней назад
– Как, говорите, ваша фамилия? – старушка лет семидесяти выжидающе смотрит на меня. – С утра потеряла свои очки. Ничего не вижу.
– Каткус.
– Интересная фамилия, – врач с полувековым стажем продолжает нехотя перебирать личные дела своих пациентов.
– Вы, наверняка, помните мою маму. Она лечилась у вас, но полгода назад умерла от неизлечимой опухоли.
– Сейчас много раковых больных, – комментирует безучастно. – А вы на что жалуетесь?
– Посмотрите, пожалуйста, результаты моих анализов. После смерти мамы мне тоже посоветовали провериться, потому что этот вид опухоли часть встречается среди родственников. Но из-за работы я долго откладывала визит к вам и вот наконец добралась.
Внезапный порыв ветра резко распахивает окно и сметает залежи со стола.
– Что за день такой! – восклицает возмущённо врач. – Теперь все истории болезней перепутались.
Старушка закрывает окно и бросается собирать всё, что упало. Я тоже подскакиваю помочь ей.
– И медсестра сегодня, как назло, слегла с гриппом, – причитает женщина. – Помощи никакой.
– Мне очень жаль, – я аккуратно складываю истории болезней в две стопки, пока врач подбирает остатки с пола.
– Вот, нашла! Астея Каткус! – радостно восклицает.
– Верно."
"– Результаты исследований, диагноз… – неожиданно замолкает и нервно сглатывает. – Сейчас ещё кровь гляну… Хм… – щурится, с трудом разглядывая мелко напечатанные цифры.
– Доктор, что там? – присаживаюсь на стул.
Страшные мысли буквально раздирают меня изнутри.
– Рак четвёртой степени, – звучит смертный приговор.
Мне становится так плохо, будто сами небеса на меня обрушились. Этот же диагноз поставили маме полтора года назад.
После этого мы долго и упорно боролись с недугом.
