– А поиграть?

– Ты же хотела в принцессу? Вот как раз, наденем тебе платье принцессы, сама выберешь какое.

Платьев принцесс у нас очень много, что-то покупали, что-то с мамой сами шили, благо, на ребенка это довольно просто – купили отрез фатина метров двадцать, навертели пышную юбочку, пришили к ней маечку, украсили тем же фатином – и готов новый наряд, дел на копейку, а куклёне нашей радость.

– Хочу новое, которое бабуля сшила!

– Отлично.

Открыла шкаф, достала яркое в стиле Барби розовое платье.

Не знаю, повезло мне или нет, но мамы сейчас с нами не было. Она уехала в санаторий в Ессентуки с подругами, мы созванивались каждый вечер по видеосвязи.

Конечно, мне необходим был её совет, что делать, как поступить. Но нагружать маму сразу всеми моими проблемами я не хотела. Поэтому решила пока не рассказывать ей ни про визит Демида, ни про его слова о том, что он меня бомжом собирается сделать.

Сдаваться на милость бывшего мужа я, естественно, была не готова. Хотя перспектива ради этого лечь в постель с нелюбимым мужчиной меня тоже совсем не радовала.

Думала об этом, пока моя дочурка расставляла на кукольном столике чашечки и блюдечки. Чаепитие у принцесс – это стало её любимой игрой в последнее время. Нам с мамой каждый вечер доставалась чашечка вкусного кукольного чая и кусочек пластикового тортика.

– Вот, мамулечка-красотулечка, бери, кушай, пожалуйста. Очень вкусно?

– Вкусно, малышка, спасибо! И так красиво всё! Умница!

Моё материнское сердце радовалось, пело от счастья, когда я смотрела на свою сладкую Вишенку.

Как же мне повезло, что у меня есть она! Если бы не Соня, я, наверное, просто сошла бы с ума. Рассыпалась в прах – не собрать.

И как хорошо, что этот негодяй Ремизов ничего не знает о дочери! Соня моя, только моя девочка! И пока у меня будут силы жить и дышать, бывший о ней не узнает!

Да он, к слову, не особенно и стремился узнать о том, как я жила все эти годы. ему было плевать на меня. Его заботила только компания, которую я присвоила!

Такой мужчина не достоин иметь что-то общее с моей дочерью. Он просто донор.

– Мамуля, скажи, а когда наш папочка, король, вернётся из далёкой страны? Ему же, наверное, там плохо? А мы бы пригласили его на чаепитие, угостили, и ему сразу бы стало хорошо, да?

– Да…конечно…

Я нашла в себе силы ответить дочери несмотря на то, что я этот момент моё сердце поливали ледяной кислотой, разъедающей душу.

– Мамуль, я очень хочу, чтобы папа вернулся!

11.

Это было так больно каждый раз! Слышать её слова об отце.

Сердце кровью обливалось.

Я пожалела, что когда-то не послушала совета мамы. Не сказала, что отца моей дочери нет в живых. Просто не смогла.

Вишенке было три годика, когда она впервые этот вопрос задала. Начала ходить в садик, видела, что других деток забирают папы.