Пришлось повозиться с незнакомым замком, потом раздался щелчок, я опустила ручку и открыла дверь.

— Что встала, как неродная? Заходи! — шелестя пакетами, он напирал сзади, отрезая пути к отступлению, и мне не оставалось ничего иного, кроме как переступить порог.

— Можешь, пока осмотреться, а я на кухню.

— Я с тобой, — тут же всполошилась я, ощутив неожиданную робость.

Одно дело представлять, как придешь в дом к своему фиктивному мужу, и совсем другое – оказаться там на самом деле. Мне же теперь жить тут придется. Целый год! На правах пускай и фальшивой, но все-таки хозяйки.

Аж мороз по коже.

И в то же время волнительно. Кошачье любопытство коварно выпустило когти, и что-то остренькое в груди: тюк-тюк, тюк-тюк.

Торопиться было некуда, поэтому я отправилась за мужем на кухню, и пока мы разбирали пакеты, утрамбовывая их содержимое в ящики и холодильник, украдкой смотрела по сторонам.

Интерьер – аскетичный. Преимущественно в серых тонах, видно, что дорогой, но в то же время настолько сдержанный и лаконичный, что не на чем глазу задержаться. Сразу видно, мужик живет. Ни тебе оборок на шторах, ни полотенец красивых. Даже кружки и те ровной безликой вереницей стояли на полке.

Типичная мужская берлога.

И мне это нравилось, потому что подспудно я опасалась прийти в дом, в котором на каждом шагу будут следи пребывания другой женщины.

— Может, проведешь экскурсию, — спросила я, когда мы завершили с продуктами.

— Без проблем.

Он показал санузел размером со среднестатистическую комнату – тут стояла и душевая кабина, и большущая ванная с гидромассажем, и зеркало во всю стену, и технический шкаф, в котором притаились стиральная и сушильная машины. Потом мы прошли в такую же большую и пустоватую гостиную. Здесь не было ничего кроме огромного полукруглого дивана и телевизора во всю стену. Далее рабочий кабинет, заставленный книжными шкафами по периметру и с широким столом, на котором царил творческий беспорядок. Затем пришла очередь спальни. Тут тоже все ожидаемо – шкаф вдоль стены от пола до потолка, с зеркалами и подсветкой, и такая огромная кровать, что та, которая была в номере для молодоженов, казалась убогой кушеткой.

Больше комнат не было.

А это означало только одно. Либо мы снова будем спать вместе, либо кому-то придется переезжать в гостиную.

***

Марат по этому поводу явно не загонялся:

— Ну как тебе, хоромы?

Я тоже решила не заострять на этом внимания. Как будет, так и будет. Нам уже довелось ночевать вместе – ничего страшного в этом нет. Тем более на таком лежбище соседа и не почувствуешь – болтается где-то на другом конце матраса и ладно.

— В принципе не плохо, но…

— Но-о-о? — столько возмущения во взгляде, что я чуть не рассмеялась.