Anorex-a-Gogo (СИ)

— Ты просто стоял там под дождём?

Я злюсь на него и стискиваю зубы, чтобы они не стучали так громко.

— Я, блять, шёл сюда пешком, мудак, — ворчу я.

— Обижулька, — произносит он с насмешкой, подняв руки вверх, будто сдавшись. Он бросает на меня ещё один долгий взгляд, словно пытаясь решить, человек ли я или просто мокрая крыса, которую подбросили на порог его дома. — А почему ты решил, что сегодня отличный день для прогулки по Джерси?

— Мой брат не захотел отвезти меня на своей машине, — вру я, не желая признаваться, что на самом деле просто идиот, который даже не попросил об этом.

— Солнце светит, птички щебечут, так что ты подумал: ""Какой прекрасный день, пройдусь-ка я пешком"", — произносит он с сарказмом, и я хочу стереть с его губ эту грёбаную ухмылку.

Но теперь я не могу даже чётко видеть, так сильно меня трясёт. Я даже не уверен, что верно расслышал его, потому что стук моих зубов громко отдаётся в ушах.

Взгляд Джерарда смягчается через мгновение.

— Ладно, давай, Пэнси, тебе лучше зайти внутрь. Я не хочу объяснять Майки, почему его маленький друг умер от переохлаждения на пороге нашего дома.

Дом Уэев мог бы стать восьмым чудом света, просто никто не обнаружил его. Снаружи он выглядит просто... серым. Как и все дома в Джерси, особенно в такой день. Но вы заходите внутрь и как будто оказываетесь в другом измерении. В глаза бросаются стены, завешанные различными картинами художников, о которых я никогда не слышал. Некоторые из них выглядят так, будто они из музея Камасутры, другие настолько ужасающие, что мне хочется отвернуться. Но вместе они все, кажется... сочетаются.

Глядя на стены, ну, на ту часть стен, которую вы можете увидеть, кажется, будто человек, работавший над ними, просто решил бросить всё на половине.

Одна стена почти полностью лавандового цвета. Но кто-то прекратил красить её ближе к концу, так что там она просто белая. На другой стене есть несколько чёрных полос, но ничего больше. Последняя стена выглядит так, как будто кто-то облил её каждым цветом краски, который только можно представить."

"Есть три дивана, но ни один из них не сочетается друг с другом. Из одного вываливается наполнитель, другой сделан из дорого выглядящей кожи.

Последний диван кажется действительно удобным, но вы знаете, что он поглотит вас, как только вы на него сядете.

Мне нравится дом Уэев. Это единственное место, в которое я чувствую, что вписываюсь. Они как будто собрали всё никому ненужное и украсили этим дом.

Джерард смотрит на меня со счастливой улыбкой во всё лицо.

— Ты выглядишь как маленький ребёнок рождественским утром, Пэнси, — говорит он, и я понимаю, что улыбаюсь, по-настоящему улыбаюсь, и смотрю на их дом так, будто хочу жениться на нём.