— (Работники управления охраны МГБ на транспорте носили железнодорожную форму).
Он встретил их у порога купе. Правая рука — в боковом кармане кителя. Ясно — держит там пистолет.
— Вы куда, товарищи? Здесь занято!"
"«Только не дать ему заподозрить что-либо, не пустить вперед Алексея: молодой, горячий, может выдать себя!» — подумал Трояновский и с улыбкой шагнул вперед:
— Бросьте, свои же люди, железнодорожники! Нам и ехать-то всего один перегон. Как-нибудь поместимся... — а сам шел на преступника, загораживая собой стоящих сзади. Слегка отодвинул его плечом, словно освобождая себе место у окна, тут же перехватил его руку, крепко прижал к груди. Громыхнул выстрел, пуля пробила пол, и в ту же секунду Зиньков скрутил преступника, вырвал у него из кармана пистолет ТТ, посетовал:
— Эх, минут бы на двадцать его мне в руки! Ей-богу, никогда бы больше не взялся за оружие, боялся бы его, как черт ладана!
Алексей Зиньков роста был двухметрового, легко гнул пальцами не только пятаки, но и полтинники.
— Ничего, Алеша, он свое получит... — заверил его Трояновский.
Задержанный оказался дезертиром, на фронт попал из колонии, раньше имел три судимости. После дезертирства занимался грабежами, был на нелегальном положении, но помог случай: задержали в Барановичах за драку, дали пять месяцев. Отсидел положенное и получил справку об освобождении, по которой и было выписано временное удостоверение.
Суд приговорил Юрчика к высшей мере наказания — расстрелу.
Дело девятое: ДВОЙНОЕ
Порожняк под сахар для сахарного завода пришел на станцию Теткино поздней ночью. Когда утром железнодорожники стали осматривать вагоны, то обратили внимание на то, что один из них распломбирован и дверь его приоткрыта. Доложили дежурной по станции.
— Безобразие! — возмутилась она. — Вагон под пищевые продукты — и такая небрежность! Пойдемте, посмотрим, что там.
Женщина влезла в вагон в темноте, но через несколько секунд снова появилась в дверном проеме, бледная, с трясущимися руками.
— Там... там... Человек... убитый...
Сообщили в линейный отдел на станцию Ворожба, оттуда приехал заместитель начальника линейного отдела капитан Чирков. Он глянул мельком на труп в нижнем белье, с залитым кровью лицом, приказал:
— Отправьте в Ворожбу в морг как неопознанный... — И уехал.
... — Что это такое, товарищ начальник! Двое суток нет вашего подчиненного, а вам и дела нет!
— Работа у нас такая... Вы ведь не первый год замужем, знаете...
Женщина, жена старшего оперуполномоченного капитана Аторина, бессильно опустилась на стул.
— Понимаете, все эти дни просто места себе не нахожу! Словно случилось с Михаилом что-то... Может, правда? Так вы не скрывайте, скажите.
— Да нет, ничего не случилось. Аторин выехал по делу.
