Архонт росский

Замахал лисьим хвостов, забормотал по-своему, попятился, едва не толкнул спиной одну из женщин (вожак ее отдернул в сторону) и так, задом-задом, покинул подворье.

Сергей спрятал саблю.

— Вы двое, — палец Избора указал на охранников, — тут ждать. И уже главному: Ты с бабами — заходи в дом. — Затем, повернувшись к Сергею, тихо: — Хорошие бабы. Аж горят.

— Что, тоже змею огненному служат? — так же тихо спросил Сергей.

— Не-е, — качнул головой ведун. — На передок горячие. Сам погляди.

Сергей поглядел. Ноль информации. И даже когда гости скинули верхнюю зимнюю одежду, он тоже ничего особенного не увидел.

По знаку вождя (Сергей решил, что, назвав того князем, он погорячился) бабы вынули из корзин продукты: мясо, рыбку, лепешки, пару кувшинов чего-то, надо полагать алкогольного, отдельно — медовые соты. Подавали на стол культурно: перед тем, как заняться сервировкой, накрыли стол холстом.

Избор взирал равнодушно. Привык, что гости его обслуживают. Ну а как? Неужели самому ведуну хлопотать? Тем более ведуну княжьих кровей.

За стол сели втроем, женщины остались прислуживать.

Сергея ведун представил княжичем белозерским. Бросил небрежно: «В учении у меня».

Гость тоже представился. Все-таки князем.Чего-то там… Сергей не понял. Да и не интересно. Таких князей в лесах больше, чем у норегов — конунгов.

Поснедали.

Гость выложил на стол подарок: кошель. Судя по размерам — с серебром.

Изложил проблему. Жены у него ледащие. Не рожают.

— Не удивлен, — кивнул ведун. — Проклятие на тебе. Взял девку силком. Было?

Гость признал: было. И не единожды. Особенно по молодости. Удивился даже: кто ж их, девок, спрашивает? Радоваться должны, что им целый княжич юбку задрал.

— Спрашивать, может, и не надо, а вот подумать, в кого уд суешь, стоит, — поучающе изрек ведун. — Иной раз девка с виду проста, а есть у нее покровитель. Да не из здешних, а оттуда! — палец ведуна указал на закопченный потолок. — И еще повезло тебе. Бывает, что у таких в срамном месте зубы вырастают. Ты ей сунул, а она — клац! — Избор щелкнул зубами. Гость дернулся. Аж подпрыгнул слегка.

— Что, совсем? — спросил, ужасаясь.

— Бывает — совсем, — подтвердил ведун. — А бывает, кус оттяпает.

И хихикнул.

Гость побелел. Вероятно, осознал перспективу «везения».

— А что проклятье мое? — промямлил он.

— Избавлю, — пообещал ведун. — Есть у меня зельецо. Выпьешь — покажет тебе обиженку твою. Попроси, чтоб простила.

— А если не простит? — засомневался гость.

— А ты хорошо попроси, — с нажимом произнес ведун. — А я от себя ее покровителю поднесу. Но этим, — Избор ловко прибрал кошель, — не обойдется.

— А сколько еще?

Ишь напрягся.