Сейчас скажу членам Совета: «Отвратительные сплетни о том, что Егорова и Варякина причастны к смерти Валентины, нас возмутили. Поэтому мы обратились в детективное агентство».
– Завтра приеду и расскажу подробности про Светлану, – пообещала Настя.
– У меня другое предложение, – не согласился я, – давайте я сам появлюсь в Фунтове, поговорю с владелицей кондитерской.
– Сомневаюсь, что Клава расскажет, как она яд в пирожки подсыпала! – хмыкнула Наталья, выходя в холл.
– Загоскина этим заниматься не станет, – поддакнула Анастасия, – она не глупая, понимает, если заподозрят отравление, она лишится бизнеса.
– И свободы, – добавила Наталья.
– Хотя, – пробормотала Настя. – Ой, нет, это ерунда. До завтра. Как подъедете к шлагбауму, напишите мне. Встречу вас с букетом.
– Глупышка, – улыбнулась Варякина. – Зачем мужчине цветы? Бутылка коньяка намного лучше.
– Спасибо, я не пью, – отказался я, вовсе не желая стать обладателем псевдофранцузского напитка."
"Увы, в Москве за большие деньги можно приобрести полное непотребство. Не все покупатели знают, какие отличительные признаки у тары, куда наливают истинную продукцию из провинциального города Коньяк в департаменте Шаранта Франции. Да и на вкус они тоже непотребство от оригинального напитка не отличат.
Глава 9
У каждого человека есть некоторое количество времени, когда он остается один и может делать то, что ему на самом деле хочется. Один принимает ванну, другой смотрит телевизор, третий ест конфеты, четвертый пьет пиво… каждому свое. Я, например, сейчас уселся с книгой в кресло. Рядом на столике стоят фужер с коньяком, блюдечко с парой ломтиков моего любимого сыра. На моих коленях возлежит Демьянка. Она провожает взглядом мою руку, которой я беру небольшой кусочек Фоль Эпи. Тихо звучит двадцать третий концерт Моцарта… Это мой час, и я не намерен делить его ни с кем, кроме любимой собаки. Борис прекрасно знает: вечером, когда Подушкин наконец ушел в свою спальню, беспокоить его не надо. Стучать в дверь позволительно лишь в крайнем случае. Каком? Если дверь в квартиру вышиб отряд эпидемиологов в костюмах особой защиты и сообщил, что у нас в доме очаг бубонной чумы вкупе с эпидемией лихорадки Эбола!
Я перелистнул страницу, сделал маленький глоток благородного напитка, потянулся за сыром.
– М-м-м, – простонала Демьянка.
– Собакам Фоль Эпи, рокфор и иже с ними крайне вредны, – сказал я, поглаживая псинку. – Хочешь, почитаю тебе вслух весьма интересное исследование о том, почему…
И тут дверь приоткрылась и раздался шепот Бориса:
– Иван Павлович!
– Да, мой друг, – ответил я, – в Москве случилось землетрясение в девять баллов по шкале Рихтера? Сложен ли мой тревожный рюкзак? Пора бежать как можно дальше из столицы?
– Хуже, – ответил Боря.
