У вас могут внезапно найти наркотики. Или вас уличат в хакерских махинациях с деньгами. Есть множество вариантов, как можно подставить человека и сломать ему жизнь. Но это уже будет зависеть от фантазии и кровожадности Ладомирского. И вот тогда, вы навсегда потеряете своего ребёнка.

Трудно стало дышать…

Страх…

Страх — липкий, удушающе сладкий, с вязким привкусом гнили… Я никогда не испытывала такого всепоглощающего страха — потерять всё, потерять ребёнка…"

"Нельзя бояться. Никак нельзя. Страх сделает меня слабой… Чем меньше я стану бояться, тем менее уязвима буду. Но как избавиться от страха, что ядом начал отравлять мою кровь?

Нужно посмотреть ему в лицо и сказать: «Я не боюсь… Это я, Тамара и есть твой страх перед неизбежной твоей испорченностью и наказанием за твои деяния, что ещё не совершены. Я стану твоей карой и болью. Я стану кнутом, который накажет тебя и рукой, которая будет держать этот кнут. Я не боюсь тебя…»

— Я не сдамся, — произнесла твёрдым голосом. — Я пойду на телевидение и всё расскажу. Правду не спрятать, Борис Габрисович.

— Поверьте моему опыту, Тамара. Прав будет тот, у кого связи и большие деньги. И никакая общественность вам не поможет. И поймите, Ладомирский зацепился за этого ребёнка ещё не только из принципа вам досадить и доказать, что он сильнее. Это его ребёнок тоже. Насколько известно, у Ладомирского нет детей на стороне, он за этим щепетильно следит. Представьте, он богатый человек, будет жить и знать, что где-то растёт его продолжение, его кровь.

Я смотрела на этого мужчину и начала ощущать к нему презрение. И это правозащитник?

— Что вы предлагаете, Борис Габрисович? Сдаться и отдать своего ребёнка Ладомирскому? Это вы мне советуете? Вы, кто призван защищать и отстаивать правду? — мои слова прозвучали как кислота — разъедающе и беспощадно.

Он покачал головой.

— У меня другой для вас совет, Тамара, — произнёс он.

— Буду рада услышать его, — произнесла с долей ехидства.

— Вам лучше договориться с Ладомирским. Вы — женщина, Тамара и очень красивая женщина, а ещё умная. Вы выбиваетесь из привычных для Ладомирского понятий о женской сути и можете сыграть на этом.

Хмыкнула на его слова. Нечто похожее я слышала от подруги сегодня днём.

— Моя подруга предложила согласиться на предложение Ладомирского жить в его доме во время беременности и попробовать… охмурить его… — ну вот, я это произнесла. Тяжело вздохнула.

— Вы знаете, Тамара, а ваша подруга права. Вы могли бы не то, чтобы сблизиться с ним, но познакомиться и узнать лучше. Открыть себя, показать какая вы есть… Не гарантирую, но возможно, он проникнется к вам и в будущем вы сможете договориться о совместной опеке. Вам не придётся воевать и бояться будущего. Только не соглашайтесь что-либо подписывать.