Конечно, без денег им это вряд ли удастся… но рисковать не стоит. Ты и твой ребёнок - гарантия моей безопасности.
Моё тело начинает бить крупная дрожь. Безнадёжно вглядываюсь в жестокое лицо мужчины.
- Босс, - спрашивает второй. - Вы нам обещали, что когда всё закончится, то можно будет с ней...
- Ну как доберётесь, делайте с шлюшкой что хотите. Только пусть жива останется. Она мне нужна. Пока что.
Меня хватают крепкие руки и волокут к выходу.
Я начинаю кричать во всё горло и биться в истерике, за что получаю мощный удар по щеке.
Голова дёргается в сторону, а кожу начинает жечь.
Меня снова хватают за руки и тащат к двери.
Господи... боже... неужели теперь моя жизнь больше мне не принадлежит?...
Ангелина
Персональный лифт спускает нас на первый этаж здания. Тут имеется отдельный вход.
Не удивлюсь, если всё здание принадлежит Сосновскому.
Прислушиваюсь. С улицы доносится гул машин.
Значит, мы в Москве, а не в его загородном доме. Даже если бы Макс начал мои поиски и поехал туда, где мы с ним были прошлый раз, то он бы меня там не нашёл.
- Пошевеливайся, - рычит охранник, грубо подталкивая меня в спину.
Сосновский идёт чуть спереди.
Через прозрачные двери подъезда я вижу две тёмные машины, припаркованные около самого входа. Видимо, Сосновский поедет по своим делам, а я…
У него есть частный самолёт? Или мы полетим коммерческим рейсом?
Во втором случае у меня ещё есть шанс…
Как только открываются двери, сердце начинает бешено биться в груди. Если я закричу, быть может, кто-то меня услышит… Господи…"
"Я набираю в лёгкие воздух и зажмуриваюсь, готовясь начать кричать, однако меня опережает сам Сосновский.
- СУКА! – внезапно орёт он. – НАЗАД!
Он пятится в меня, и мы оба наталкиваемся на верзилу, стоящего позади.
- Поднимите руки вверх! – по улице разлетается многократно усиленный громкоговорителем голос человека.
- Вы окружены!
Я распахиваю глаза. Из-за машин выходят люди в максах и с автоматами. Лазерные прицелы нацелены на моих похитителей.
- Отпустите девушку! - говорит командир, тоже одетый в форму спецназовца. – И никто не пострадает!
Сосновский продолжает громко материться, но с места не двигается.
Чувствую, как руки охранника, сжимающие меня в стальном захвате, постепенно ослабевают.
- Лина!
- Сюда!
Позади людей в максах я замечаю Макса и Эда.
Они кричат и машут мне руками, приближаясь.
Ноги будто ватные, я почти их не чувствую…
Но всё же нахожу в себе силы и дёргаюсь вперёд.
- Отпусти её! – кричит Макс.
Он на два шага опережает Эда.
Резко дёргаю руки и мне удаётся высвободиться из захвата опешившего охранника.
Макс совсем близко…
В громкоговорителе вопит чей-то голос. Всё происходит так быстро, что я не успеваю ничего понять.
Рука Макса притягивает меня к себе и слегка разворачивает.
