— Алан…
— Да…
Она вздохнула:
— Алан… я должна тебе сказать…
— Что?
Она наконец собралась с духом, и я почувствовал, как она вся сжалась.
— Игорь умер.
— Игорь?..
— Да. Вчера утром, от сердечного приступа. Прислуга ничего не смогла сделать, а «скорая» приехала слишком поздно."
"Игорь умер… Я не мог поверить. Немыслимо, непостижимо… Теперь мои чувства к нему выровнялись и смягчились, но за лето я его сто раз ненавидел, сто раз им восхищался и сто раз его боялся. И все же это он освободил меня от ошейника робости и сделал из меня человека, способного жить полной жизнью. Игорь умер… Я вдруг разом понял, насколько я ему обязан и… насколько был неблагодарен. А теперь я уже никогда не смогу его поблагодарить.
Грусть охватила меня, проникая во все уголки моего существа. Навалились тяжесть и усталость. Старый лев покинул этот мир.
Внезапно мозг пронзила мысль: что же, теперь ответы на все мои вопросы исчезнут вместе с ним?
— Катрин, я могу вас кое о чем спросить?
— Алан, я…
— Процесс. Процесс Франсуа Литтрека. Был Игорь виновен или нет?
— Нет. Здесь ему было не в чем себя упрекнуть.
— Но тогда зачем он гипнотизировал судей? Ведь это было?
Катрин грустно улыбнулась:
— Если бы и было, я бы не удивилась. Значит, он предпочел воздействовать на судей, а не оправдываться перед ними… Или он просто-напросто понял, что не сможет доказать свою невиновность. К тому же он почти не встречался с тем молодым человеком, за которым неусыпно следили. И если тот покончил с собой, Игорь был ни при чем.
— А я?.. Ведь наша встреча на Эйфелевой башне не была случайной?
Она посмотрела на меня с большой теплотой:
— Нет, не была.
— Он ведь меня специально заманил в свои владения?
Она молча кивнула.
У меня пересохло во рту. Она — его сообщница, она была в курсе всех его замыслов и позволила ему…
— Катрин, вы ведь знаете, зачем ему понадобилась Одри?
Она отвернулась к окну и задумчиво заговорила, следя глазами за струями дождя, который с шумом обрушился на сад:
— Игорь знал о том, какие близкие отношения вас связывали, и рассказал Одри о своих планах относительно тебя. Он убедил ее якобы случайно оставить у тебя статью о самоубийствах и уйти.
— Так это он уговорил Одри меня бросить?!
Я был потрясен. Как он мог совершить такую гнусность?
— Она долго не поддавалась на уговоры, но Игорь умел убедить. Он доказал, что это в твоих интересах, и обговорил с ней время, в течение которого она исчезнет из твоей жизни. Я очень сожалела, что Одри вступила в игру: она для этого слишком цельная натура.
— А когда я однажды увидел, как она выходила…
— Она пришла, чтобы послать его к черту и сказать, что она больше не может и что все это — полная бессмыслица. Игорь выторговал еще немного времени. Алан…
Эта история вывела меня из себя.
