Опустив лицо, смотрит на мои кружевные трусы и пояс от чулок.
Я сгребаю ладонями гостиничное одеяло.
Мужские пальцы резкими движениями расстегивают пуговицу джинсов, ширинку.
Я пялюсь на напряженный член, зажатый в кулаке, не в состоянии отвести глаза, поэтому я их закрываю.
Боже, это больше, чем я представляла…
Хрустит пакетик от презерватива. Уверенные руки стягивают с меня трусы. Через секунду живота касаются кубики литого пресса, а груди — мягкие волоски. Между ног я тоже чувствую касание. Теплые пальцы…
Своими я впиваюсь в каменную задницу дагестанца, лежащую между моих ног.
Я подворачиваю на ногах пальцы и зажмуриваю глаза. Тело снова деревянное. Мою щеку обжигает громкое дыхание, пальцы проскальзывают внутрь.
Я смотрю в потолок, весь туман из головы выдуло…
Давление члена вытягивает меня в струну. Резкий бросок бедер заканчивается моим воплем и стоном дагестанца: — Какого хера?!
Я тоже стону. От боли! Я не думала, что это настолько больно! Как будто меня разрывает напополам, неудивительно!
Он встает на локтях. Вскидывает голову. Смотрит на меня ошалело и рычит: — Ты совсем дура?!
Я просто молчу, глядя на него парализовано.
Он стонет, качнувшись.
Я шиплю.
Его бедра снова двигаются, голова падает на матрас рядом с моим виском. Просунув под мою голову ладонь, он сгребает в кулак мои волосы и двигается. Резкими длинными толчками. А я царапаю его спину и выкрикиваю: — Больно!
Слава богу, их было всего восемь. Восемь чертовых толчков. А потом он с хрипом сотрясается, и мне кажется, что я могу остаться без волос…
Между нами тонкая прослойка пота. Сердце напротив стремится пробить мою грудную клетку.
— Идиотка… — хрипит он, наконец-то скатившись с меня в сторону.
Игнорируя кровь на своих бедрах, я неловко сползаю с кровати. Глазами цепляюсь за окровавленный презерватив, который дагестанец срывает с члена.
Я подхватываю с пола свои трусы.
Он проносится мимо меня в ванную.
За то время, пока там шумит вода, я успеваю натянуть на себя лифчик дрожащими руками и начинаю застегивать пуговицы на блузке.
Я двигаюсь по комнате, как шаровая молния.
Он выскакивает из ванной голый, когда я уже натягиваю на себя куртку, стоя в коридоре. Натягиваю прямо поверх застегнутой на одну пуговицу блузки…
— Куда ты?! — он ловит меня за локоть.
— Я… ухожу… — выдыхаю хрипло. — Всего… всего хорошего…
— Пиздец…
Я дергаю за дверную ручку, высвободив локоть.
Замираю на пороге, глядя в лицо, на котором настоящий шторм.
Шагнув ко мне, он вскидывает руку и тянет ее к моему лицу, будто хочет коснуться щеки.
