Площадь грузовых платформ, этих металлических монстров, составляет до двадцати четырёх квадратных метров. На воде они могли тащить на себе груз до шестнадцати тонн. Броня сошла на берег и закрепилась у подножия высот. Титов, вечно мозоливший глаза всему взводу, вдруг куда-то исчез. Саня решил поискать его в десанте машины. Это единственное место на всём Кавказе, куда Серёга хотел всегда. Спускаясь с высоты, Скачков инстинктивно почуял неладное. С лёгким ветром механик уловил запах краски и, подойдя ближе к машине, потерял дар речи. Титов напевал песню группы «Руки Вверх». На весь правый борт белой краской написал имя Наташа и влепил отпечаток своей ладони на башне.
Два бойца бегали вокруг машины друг за другом, ругаясь матом. Оба довольно быстро выдохлись, облокотившись на БМП с двух противоположных сторон.
– Слышишь, вымя ты поганое, ты где краску-то взял, а? – сплёвывая на землю, спросил Скачков.
– В гараже, – задыхаясь, ответил Титов.
– В каком ещё гараже?
– Ну который ты задом в станице снёс.
– И для чего, я не понимаю?
– Вот как раз для этого и взял. Хотел сначала написать «На Грозный», потом подумал, вдруг мы туда не поедем. Поэтому написал имя.
– Тогда не удивляйся, – сказал, улыбаясь, Саня, – если тебя вся рота теперь Наташей будет звать.
Спустя месяц подобные граффити красовались на каждой третьей машине. Чаще всего расписная техника встречалась у танкистов. Так сказать, в поддержку боевых традиций русской армии. Офицеры боролись с этим недугом, но с каждым новым механиком появлялось новое женское имя. На следующее утро боевые машины выстроились в походную колонну. Командование поставило задачу закрепиться на Терском хребте. Проезжая подбитый у блокпоста автомобиль, Саня увидел труп обгоревшего боевика. Он так и застыл в ползущей позе на четырёх костях. Чуть позже по ходу движения колонны бойцы увидели идентичную картину, но вместо боевиков в подбитых «Жигулях» находились гражданские. Двое мужчин спереди и молодая женщина сзади. Казалось, люди остановились на обочине, для того чтобы выспаться. Титов спрыгнул на ходу с БМП и открыл двери «Жигулей».
Боец, не стесняясь, вырвал из застывших рук чеченки пакет с провизией. В колонне ходил слух, что это наших рук дело.
Батальоны покинули обжитые позиции и обошли город Грозный по флангу. Скачков задраил люк и вёл машину по-боевому. Сверху сопровождала колонну пара вертолетов, они курсировали над сопками, вычисляя возможную засаду. Чаще происходили поломки техники на марше. Войска въезжали в новое тысячелетие на броне, которая прошла Афганистан, Приднестровье, Нагорный Карабах и первую чеченскую. Машины кипели на жаре, и пехота опять заливала радиаторы водой из фляг, сбивая температуру.
