Но, похоже, никто не понял, что произошло.

– Повтори еще раз, гаденыш! – гаркнул побагровевший Эзра, встряхивая противника. – Что ты сказал о моей девушке?

Выскочка из дворца, видимо, уже был не рад, что брякнул пошлость, но мозгов не хватило промолчать. Он снова что-то ляпнул, пусть негромко, но у Ходжа снесло заслонки. К ним бросились магистры-наблюдатели.

Поединок девушек остановили. Полог растаял. Противницы недоуменно оглядывались вокруг, и тут Альма обнаружила, что ее ненаглядного парня пытаются бить. Как и завещали предки Сатти всем воинственным ай-тэрийским женщинам, она ринулась на помощь!

Побросав вещи, я соскочила со скамьи. Хорошо, что утром додумалась надеть брюки, хоть движений ничего не стесняло.

– Не смей уходить с арены, Сатти! – заорал ей вслед магистр. – Тебя снимут с турнира!

Альма не слышала голоса разума – ни своего, ни тренерского. В проход мы с ней вылетели одновременно. Я только успела схватить разгоряченную боем подругу за руку и на этой самой руке повисла, потому как останавливать взбешенную Альму было сродни тому, как останавливать набравший ход замковый таран.

– Моего парня бьют! – возмущалась она, потрясая мечом.

Ей-богу, все, кто оказался в радиусе нескольких шагов, дунули от нас в разные стороны, как тараканы.

– Он прекрасно справится сам. И верни меч, у магистра сейчас остановка сердца случится!"

"В следующий момент плечо резануло оглушительной болью, выбив из груди протяжный стон. Я оцепенела и перестала дышать, стараясь перетерпеть этот спазм, кажется, охвативший каждую мышцу в теле.

– София, что случилось? – Подруга поменялась в лице. – Ты белая, как умертвие! Нужно в лазарет, да?

Я цеплялась за Альму просто рефлекторно, хотя пальцы уже казались слабыми и как будто мягкими.

– Нельзя в лазарет. Мне нужно домой…

Сознание погасло, словно божественный слепец, резко щелкнув пальцами, потушил во всем мире свет.

Приходила в себя я с трудом, оставаясь на грани реальности и сна. Едва-едва приоткрыла тяжелые веки, над головой плыл серый потолок. Тело горело от лихорадки. Мышцы ломило. Со стоном я попыталась повернуться на бок и свернуться клубком. Со лба слетела влажная тряпица.

– София, только не вставай! – Ко мне подскочила всполошенная Альма, все еще одетая в спортивную форму. – У тебя второй час не спадает жар. Не двигайся, слышишь? Сейчас салфетку поменяю. Знахарь скоро будет.

Казалось, что все происходило в причудливой галлюцинации. От боли в плече было невозможно пошевелить рукой. Подруга поспешно намочила тряпицу в плошке и с ворчанием вернула ее мне на лоб:

– Не понимаю, почему этот знахарь все еще не появился? На черепахах из Норсента едет?

По лицу за шиворот блузки потекли холодные струйки воды.