Это звучало как отборнейший бред, попросту не умещавшийся в голове. И с мерзким, леденящим ощущением в груди он вдруг подумал, что у Жени что-нибудь случилось дома. Что-нибудь с родными…
Он набрал её номер — и тут его ждал второй удар. Мелодия звонка раздалась где-то совсем близко. Её почти разряженный телефон валялся на пуфике у двери — видимо забыла или обронила его, когда обувалась.
Допрос вернувшегося водителя, доставившего Женю в долину, ничего не дал. С пассажиркой он и словом не обмолвился. Как она выглядела? Нормально выглядела. Бледновата разве что. Ну и молчала всю дорогу.
С этих самых пор всё, буквально всё обернулось против него. Под третий — и самый страшный удар — они попали на перевале, по которому тут же засновал транспорт, стоило распространиться новости о том, что путь открыт. К тому времени, как они выехали из коттеджа, на одном из участков уже дежурили МЧСники. Слишком рано восстановившееся движение привело к опасности схода лавины, и им попросту перекрыли путь. Не прошло и часа, как случился обвал — всё из-за аномально больших объёмов снега, скопившихся на вершинах.
Им пришлось искать убежище в коттеджах к западу от засыпанного перевала и там ждать, пока путь не расчистят. На следующий день обвал случился на другом участке дороги. Их пообещали спустить с гор до Рождества…
После муторных поисков жилья его подселили к пожилой респектабельной паре, с удовольствием уступившей Андрею гостевую комнату наподобие той, которую он занимал в своём коттедже. Катерину определили в другом месте, о чём он благополучно забыл, стоило ей пропасть из его поля зрения.
Поздним вечером второго января он торчал в отведённой ему гостевой, а на столе рядом валялись ещё накануне Нового года переданные ему Женей документы. Он только что кое-как и за рекордные десять минут провёл телефонный звонок с подрядчиком, объяснил ситуацию. Удивительно, но на той стороне пошли навстречу — активную фазу отложили до выхода с праздничных выходных. Видимо, всё-таки не хотели терять такого «жирного» клиента. Отложив телефон, Андрей с непривычной для себя отстранённостью подумал: да и плевать, если бы даже отказались. Меньше всего он сейчас думал о каких-то там контрактах…
Поначалу он ещё пытался как-то осмыслить произошедшее, но без особого эффекта. Минуты текли, и он всё явственнее ощущал, что от него будто кусок оторвали.
Ещё несколько дней в этой проклятой глуши, не зная, что у неё стряслось… Он сидел на неразобранной постели и вертел в руках её телефон — потёртый старенький айфон в простом сером чехле.
Без пароля.
Что это ему даёт? Кроме вечной кары за посягательство на её личную жизнь, конечно. Как минимум шанс на то, чтобы узнать, где она и что с ней. Мизерная плата, если честно.
