17
0И сталь чужого оружия перестала холодить кожу. Мелькнула тень, и я закричала. Арий падал, пронзенный мечом. Медленно, неотвратимо, не спуская с меня взгляда. Он даже не пытался защититься. Словно знал, что так и будет, и считал это правильным.
Упал. Полилась кровь, заставляя сходить с ума. Сколько он продержится? Сможет ли? Повернулась к Дару и Фраму, подняла голову к замершим в небе драконам.
– Они не посмеют ослушаться приказа вожака, пока тот жив. Иначе умрут сами, – спокойно заметил Агардан. – Как забавно… Ни говорить со мной не могут, ни двигаться, ни вмешиваться.
Фрам и Дар в бессилии смотрели на умирающего Ария. А я… что могла чувствовать я? Во мне просто все угасало. Медленно, неотвратимо. Замерзало, как первые цветы под снегом. И даже слез не было. Сожаление, горечь, боль… где все это? Не бывает так… бесследно. Я же так люблю Ария.
– Будущее так переменчиво, да, Элла? – усмехаясь, заметил Агардан, подходя ближе.
– Меня тоже убьешь? Не стоит, Агардан. Я умру сама. Только вот с Арием попрощаюсь, – спокойно заметила я, поражаясь своим чувствам.
Или, может, просто смирилась? Так не должно быть! Бороться! Спасти Ария.
Но тело слабеет, не слушается, наливается неимоверной тяжестью.
– Связь не установилась. Ты будешь жить и видеть, как я правлю драконами.
Моя улыбка, напоминающая безумный оскал, заставила его вздрогнуть.
– Арий не мог нарушить обещание, данное богине Судьбы! – послышался рык.
– Он и не нарушал, – ответила я.
– Но…
– Просто все условия богини выполнены.
Агардан сверкнул бешеными от ярости глазами.
– Откажись от него.
И голос тихий, безжизненный.
– Зачем?
Я подошла к Арию, глаза которого почти закрылись.
– Связь исчезнет. Останешься жива! – рявкнул Агардан.
– Зачем?
Теперь я повернулась к нему.
– Он тебя недостоин. Ты… ты как мотылек. И когда-нибудь он бы сжал тебя в руках, раздавил…
Я удивленно приподняла брови.
– Объяснись. Ну же, Агардан, не будь хотя бы напоследок трусом! – не выдержала я.
Подлетел, схватил за горло, приподнял и… выпустил.
– Твоя мать взяла с меня клятву.
– Что? Ты о чем?
– Клятву беречь тебя от драконов.
– Почему?
– Потому что не хотела, чтобы ты повторила ее судьбу! – рыкнул он.
– А ты оказался столь любезен, что согласился ее дать по доброй воле? – усмехнулась я.
– Марьяна была единственной, кто меня поддержал, кто не прошел мимо. Ты хоть знаешь, каково это… быть изгоем? – спокойно поинтересовался Агардан.
– Знаю. Я жила с мачехой. Забыл?
– От тебя не отворачивался твой народ. Те, кому ты доверяла!
И слова эти, тихие, как вода зимой, кажутся криком.
– Не ты ли сам в этом виноват? И даже не раскаиваешься.
